Нас прерывает вибрация его мобильного. Не могу сказать точно, что вижу в его глазах, но бабочки продолжают порхать. Его взгляд глубок, как ночной лес.
Он чмокает меня в губы, прежде чем ответить на звонок и отойти в сторону.
— Сантори, — говорит он низким, но ясным голосом. — Да, я был занят. Обновление? Хм... — Он начинает расхаживать по гостиной, хмурясь и проводя рукой по волосам.
Интересно, кто такой этот Сантори? Я снимаю алюминиевую фольгу с пирога, затем наклоняюсь над кухонной стойкой, приподнимаюсь на цыпочки и наконец нахожу маленькую ложку.
М-м-м-м, боже. Мята и шоколад отлично сочетаются.
Я облизываю ложку, и понимаю, что Сент смотрит на меня. Ухмыляясь, я смакую вкус, чтобы он понял, что упускает действительно вкусный домашний пирог.
Мы играем в гляделки. Его интенсивный взгляд скручивает мое тело в узлы в тех местах, до которых только он может дотянуться. Я опускаю ложку и... почему у меня дрожит рука? Смущаясь его очень мужественного, очень сильного взгляда, я облизываю уголки губ, и его голос падает на децибел.
— Нет, я не могу... сделать это сейчас. Мне нужна ночь, чтобы обдумать наш следующий шаг.
Он выключает телефон и отбрасывает его в сторону.
Мои колени превращаются в желе по мере его приближения. Сент проводит серебряным кольцом по моим губам, его глаза сверкают огоньками.
— Мне нужно было решить кое-какие дела, но я предпочел заняться тобой.
Мамочки, он выглядит таким решительным. Таким целеустремленным.
Одна фраза от этого мужчины — и я закипаю, как будто мы потратили часы на прелюдию.
— Ты... — Я облизываю губы и смотрю на его рот, пытаясь выровнять дыхание. — Хочешь пирога?
Он запрокидывает мою голову, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза. Тогда он качает головой... очень, очень медленно.
Малкольм любит смотреть в глаза.
Он хищник, а я его самая желанная добыча.
Его свободная рука ложится мне на затылок. Сент удерживает мой взгляд, пока не опускается для поцелуя.
— Я хочу... твои губы. Они — все, что мне нужно...
И проводит языком, горячим и влажным, по моим губам. Я стону. Его запах завораживает меня. Вкус Сента, наряду с шоколадом и мятой, задерживается на моих губах. Если это не самая восхитительная форма пытки, то я не знаю, что еще.
Я приоткрываю губы, и он толкается внутрь. Яростное желание растекается между моих бедер. Сент удерживает меня, как ему удобно, покусывая мою нижнюю губу.
Я тихонько мурлычу, и он притягивает меня ближе, так что его твердое тело впечатывается в мое. Да поможет мне бог, я принадлежу ему.
— Грех...
— И я хочу... их... — Мои груди наливаются, когда его руки накрывают их сверху.
У меня замирает сердце.
Боже, на этих губах играет дьявольская улыбка.
Одной рукой он умело стягивает мой топ через голову, затем опускает кружево лифчика, и сосок выскакивает наружу. Мгновение Малкольм наслаждается видом, глядя на мои груди с явным одобрением. Затем высвобождает другой сосок и оставляет чашечками лифчика опущенными.
— Я определенно хочу этих красавиц.
Он наклоняет голову и так жадно припадает губами к моему соску, что внизу живота начинает ныть, нуждаясь в наполнении. Сент поворачивается к другому моему соску, перекатывает его под языком и снова сосет.
Инстинктивно выгибаясь, я хватаюсь за его спину, царапая ногтями кашемировый свитер.
— Я хочу... о, Малкольм, не останавливайся.
— Я не собираюсь останавливаться. — Он проводит зубами по моему соску и облизывает его. — Я хочу, чтобы твои руки были на мне, — тихо шепчет он, и мои ладони опускаются к его паху, где за джинсой пульсирует толстый и сильный, как сталь, член. Во рту пересыхает, и я облизываю губы, лаская его через ткань. Из горла Сента выходит низкое рычание. — Только посмотри на себя, Рейчел, — хрипит он, глядя на мои соски.
А потом окунает пальцы в пирог и растирает ими шоколадный крем, смешанный со взбитыми сливками, в каждый из моих сморщенных сосков.
— Сент! — выкрикиваю я, потрясенная и возбужденная.
Он приподнимает голову к моему уху и спрашивает:
— Хочешь, чтобы я облизал тебя?
Между нами потрескивают разряды похоти, когда его глаза ловят и удерживают мой взгляд. Я киваю.
— Что именно?
О боже.
Всю меня.
Всю меня снаружи, всю меня внутри. Я хочу, чтобы он поглотил меня, и хочу поглотить его в ответ.
Нервничая и будучи голодной до боли в горле, я протягиваю руку и подношу шоколад к губам.