- Герман Александрович предупреждал, что вы так отреагируете, и поэтому сказал не обращать внимания на ваши возражения и выполнять свою работу, - выпалила женщина. Мои брови взлетели вверх. Такой наглости я от него не ожидала.
Я вытащила телефон из сумочки и набрала номер Германа. Он ответил после первого же гудка.
- Уже соскучилась? - непринужденно спросил он.
- Какого черта в моей квартире находятся чужие люди? - вспылила я.
- Это клининговая компания, - будто издеваясь, невозмутимо ответил Герман.
- Мне плевать! Они отказываются покидать мой дом, потому что ты им сказал, чтобы они игнорировали меня, - процедила я сквозь зубы.
- Всё правильно, - спокойно подтвердил парень. - Пусть делают свою работу. В чем проблема?
- Проблема в том, что это мой дом и я не желаю видеть в нем посторонних людей, - разозлилась я.
- Просто позволь им выполнить то, что от них требуется. Это должен был быть приятный сюрприз для тебя, но все обернулось не так, как я предполагал, - хмыкнул он. - Расслабься и получай удовольствие, - усмехнулся Герман. - Мне пора. Кстати, утро было волшебным, - от последней фразы по моей коже побежали мурашки. - Постараюсь не думать о тебе, иначе не смогу работать, - усмехнулся Герман. - Хорошего дня, - он нажал отбой, оставив меня в растерянном состоянии.
Я с шумом выдохнула и повернулась к женщине. Она напряжённо посмотрела на меня, ожидая моего решения.
- Ладно, - после некоторых раздумий сдалась я наконец. - Делайте, что хотите.
- Хорошо, - растянулась в довольной улыбке женщина. - Будут какие-нибудь указания или пожелания? - она заискивающе посмотрела на меня.
- Нет, - помотала я головой. - Никаких.
- Хорошо, - кивнула женщина. - Девочки, работаем! - воодушевленно скомандовала она, и женщины разных возрастов засуетились по квартире, наполняя ведра водой, доставая тряпки и швабры, поднимая пыль и раздвигая и снимая шторы.
Я сняла туфли и направилась на кухню, чтобы не мешать масштабному действию, развернувшемуся в моем доме.
- Пожалуй, я пройдусь, - предупредил меня папа, заглянув на кухню, и скрылся в прихожей.
- Хорошо, - ответила я в пустоту.
Мне было неловко перед ним. Чужой человек распоряжался в его доме, а ему ничего не оставалось делать, как смириться с фактом происходящего.
Заварив себе кофе в большой чашке и устроившись на стуле, я стала любоваться высокими деревьями с изумрудной листвой за окном, погружаясь в приятные воспоминания нынешнего утра. Я с трепетом и тихим восторгом воспроизводила в памяти наши разговоры и нежные прикосновения, которыми мы одаривали друг друга, лежа в постели, и млела от дурманящих поцелуях, тая словно свеча.
Что бы не говорил Герман, у нас был роман. Бурный, страстный, запретный. Как бы он ни не хотел отношений, они у нас были. Не такие, как у многих пар, но все же были. Ведь любое взаимодействие между мужчиной и женщиной, будь то короткие интимные встречи или следующие после секса разговоры не о чем, считается любовной связью.
- Лада, это прислали вам, - я вздрогнула от внезапного появления женщины, руководившей рабочей группой. В руках она держала целую охапку нежно-розовых пионов.
- Мне? - удивилась я, вставая из-за стола. - От кого? - она лишь пожала плечами и протянула мне цветы.
Тяжёлые пышные бутоны легли на мои руки, и я ощутила восхитительный медовый аромат.
Когда первоначальное удивление прошло, я, конечно же, поняла от кого были цветы. Скрывая счастливую улыбку, я прижалась к пушистым головкам пионов и вдруг заметила записку.
"Не сердись" - гласила она, и мне стало невыносимо стыдно за своё поведение.
Действительно, почему я вспылила? Герман из лучших побуждений нанял работников, чтобы облегчить мне жизнь, а я повела себя как настоящая стерва.
Женщина стала тихонько удаляться из кухни, но я остановила её на половине пути.
- Стойте! Как вас зовут? - поинтересовалась я, сжимая букет в руках.
- Людмила, - улыбнулась она смущенно.
- А отчество? - уточнила я.