Какой же он негодяй! - разозлилась я, перестав мыть полы.
Как я сразу не догадалась? Под идеально красивой внешностью скрывался сущий дьявол. Герман спланировал все от начала до конца. Он, словно гадкий паук, раскинул свои длинные липкие сети, и я увязла в них, но во что бы то не стало должна была выбраться из них.
<...>
Рано утром в понедельник, скрипя сердцем, я покинула отчий дом, дав строгие указания Мише идти после школы сразу домой и ни в коем случае не шарахаться с друзьями по городу. Ровно в семь часов я уже была в особняке и пила ароматный кофе, приготовленный Галиной Ивановной. Она весело рассказывала события, произошедшие на выходных, при этом не забыв упомянуть, что Герман Александрович вернулся только вчера поздним вечером. Эта незначительная деталь только подтвердила мои догадки. Поболтав немного с Галиной Ивановной, я переоделась и приступила к своим обязанностям, пообещав самой себе игнорировать Германа и по возможности дистанцироваться от него.
<...>
Собираясь убраться в спальне Германа, я толкнула дверь и обнаружила, что он даже ещё не вставал, хотя шёл девятый час утра. В это время Герман уже вовсю работал в своём офисе.
- Герман Александрович, - обратилась я к нему, но он даже не пошевелился. - Герман Александрович, - сказала я громче. Герман продолжал неподвижно лежать, вызвав у меня тревогу.
Я вошла в спальню и, подойдя вплотную к кровати, ещё раз позвала его. Ноль реакции. Я дотронулась до его плеча, чтобы немного пошевелить его, и ощутила жар. Сухие губы, бледное лицо и мокрые спутанные волосы навели меня на мысль, что с Германом не все в порядке.
- Герман Александрович, - стала тормошить его я.
Наконец, Герман пошевелился, и я почувствовала облегчение. "Хотя бы живой". Он медленно открыл глаза и непонимающе уставился на меня.
- Герман Александрович, как вы себя чувствуете? - пристально глядя на него, спросила я.
- Нормально, - сонно прохрипел он, тяжело сглотнув.
- Вы горячий, - сказала я.
- Я знаю, - усмехнулся Герман. - Ты только это заметила? - он лукаво поднял на меня глаза, а я лишь закатила глаза.
- Да нет же, - возразила я. - У вас температура.
- Я чувствую себя нормально, - приподнимаясь на подушках, сказал он.
- У вас есть аптечка? Мне нужен градусник, - уточнила я.
- Зачем? - спросил Герман, прикрыв покрасневшие глаза.
- Температуру будем мерить, - ответила я.
- Я не болен, - прохрипел он. - Просто не выспался.
- Вам трудно сказать, где у вас аптечка? - начиная потихоньку злиться, проговорила я, вызвав недоуменный взгляд Германа.
- В гардеробной на верхней полке справа, - сдался он.
Я отправилась в гардеробную. Войдя в небольшое помещение, я задрала голову наверх. Полка находилась слишком высоко. Я бы не за что её не достала бы. Вернувшись в спальню, я взяла стул и отправилась обратно. Встав на стул, я схватила аптечку и сняла её с полки.
Когда я вернулась к Герману, он лежал с закрытыми глазами. Достав градусник, я включила его и осторожно, будто Герман был не обычным человеком, а свирепым зверем, подняла его тяжёлую руку и поместила градусник под подмышку. Герман открыл глаза и, рассеянно посмотрев на меня, снова закрыл.
- Надо же, я думала, прыщи только у подростков бывают, - улыбнулась я, заметив пару бугорков на его гладком лице. - Хотя, судя по вашему поведению, вы и есть подросток с гормональным коктейлем внутри, - расхохоталась я.
- Я все слышу, - предупредил он меня, не открывая глаз.
- Я знаю, - смеясь, ответила я, вытаскивая градусник после того, как он пропищал.
Я взглянула на цифры, и меня бросило в жар. 39 и 7. Я схватила аптечку и, порывшись в ней, вытащила блистер с ибупрофеном.
- Герман Александрович, у вас есть аллергия на лекарства? - выдавливая таблетку, спросила я.
- Нет, - бросил он.
- Держите, - вкладывая таблетку в его огромную ладонь, проговорила я.