Он раскрыл глаза и, бросив на меня внимательный взгляд, поднёс таблетку ко рту.
- Вот, запейте, - я взяла с прикроватной тумбочки бутылку с водой и, открыв её, протянула ему.
Герман сделал три жадных глотка и убрал бутылку обратно.
- Герман Александрович, вам надо позвонить своему лечащему врачу, - сев на стул, сказала я, обеспокоенная его высокой температурой.
- Не надо, - буркнул он. - Через полчаса я буду снова как огурчик, - хмыкнул Герман.
- Нет, вы должны ему позвонить, - стала настаивать я.
- Лада, я не нуждаюсь в твоих советах, - прожигая меня взглядом, сказал он. - Можешь идти.
Я выдержала его взгляд и демонстративно вытащила свой телефон. Набрав нужный номер, я приложила телефон к уху.
- Галина Ивановна, это Лада. У Германа Александровича высокая температура. У вас есть номер телефона его лечащего врача? - пристально глядя на Германа, произнесла я.
- Ой, батюшки, - услышала я на другом конце провода. - Есть, есть.
- Позвоните ему, пожалуйста, - попросила я.
- А что Герман Александрович? - недоуменно спросила она.
- Он спит, - соврала я, вызвав удивление у Германа.
- Хорошо, сейчас позвоню, - Галина Ивановна отключилась.
- Врёшь и даже не краснеешь, - усмехнулся Герман.
- Отдыхайте, - пропустив мимо ушей его слова, я встала со стула и вышла из спальни.
<...>
Врач приехал спустя полчаса после звонка Галины Ивановны. К моему удивлению, им оказался мужчина на вид на немного старше Германа. Светловолосый и голубоглазый, с сияющей улыбкой на лице. Поздоровавшись со всеми, он поднял на второй этаж и скрылся в крыле, в котором находилась спальня Германа.
- Такой молодой врач, - с недоверием сказала я, провожая его глазами.
- Сергей Владиславович, одноклассник Германа Александровича, - улыбнулась Галина Ивановна. - И лучший друг, - добавила она.
- Надо же, - удивленно хмыкнула я. - Они совсем не похожи.
- Ну не скажи, - протянула Галина Ивановна. - Я давно у Германа Александровича работаю и знаю, какой он на самом деле. Добрый и хороший, - мечтательно улыбнулась она. - Если повезёт, ты и сама в этом убедишься.
Я недовольно фыркнула. Знаю я его доброту. Хитрый лис! Пускает всем пыль в глаза.
- Пойду приготовлю бульон для Германа Александровича, а ты приступай к работе. Как будет готово, я тебя позову, - Галина Ивановна скрылась в направлении к кухне.
Не успела я начать уборку в гостиной, как врач уже спустился вниз и обратился ко мне с просьбой позвать Галину Ивановну.
- Галина Ивановна, полагаюсь только на вас, - улыбнувшись, сказал Сергей Владиславович Галине Ивановне, когда та появилась в гостиной. - Герман упрямее осла, - фыркнул он. - У него ветрянка, - я подавила смешок. Ветрянка? Значит, это были не прыщи. - Особого лечения она не требует, но необходимо соблюдать кое-какие условия: следить за температурой тела, мазать ветряные струпы зелёнкой или фукорцином, воздержаться от посещения людных мест и не купаться хотя бы пять дней, - по полочкам разложил он. - Не знаете, все ли сотрудники переболели ветрянкой? - поинтересовался у Галины Ивановны Сергей Владиславович.
- Я даже не знаю, - растерянно сказала она.
- Понятно, - бросил он. - В общем, те, кто не болел, могут от него заразиться. Больной ветрянкой заразен за день до появления характерной сыпи. Как я понимаю, вчера он контактировал со всеми, кто работает в этом доме, - его взгляд скользнул ко мне.
- Я не помню, болела или нет, - пожала плечами я, судорожно вспоминая историю своих болезней.
- Панику разводить не будем, но я вас предупредил, - Сергей Владиславович сосредоточенно посмотрел на Галину Ивановну. - Если температура у Германа поднимется до 40 и не будет сбиваться, срочно звоните мне.
- Хорошо, Сергей Владиславович, - покорно кивнула Галина Ивановна. - Спасибо, Сергей Владиславович, - улыбнулась она.
- Всего хорошего, дамы, - улыбнулся врач и пошёл к выходу.
<...>
Взяв в руки поднос, заставленный тарелками, я аккуратно понесла его на второй этаж. Остановившись перед дверью Германа и прижав поднос к животу одной рукой, я громко постучала. Мало ли чем он мог там заниматься. Вдруг снова ходит голый.
Со словами "обед" я распахнула дверь и увидела пустую кровать. Скользнув по комнате взглядом, я обнаружила Германа возле окна. Он разгуливал в одних боксерах. При виде его обнаженного тела я нервно сглотнула, ощутив сухость во рту. Густая краска залила мое лицо. Все предостережения которые я давала себе еще недавно, лопнули как мыльный пузырь, стоило мне увидеть Германа без одежды. Трусы, выгодно облегавшие его упругие ягодицы, подчеркивали соблазнительные линии его паха, заставляя мой живот наполняться жгучим теплом.