Сильное напряжение распирало низ моего живота, требуя немедленной разрядки. Поддев мои трусики, Герман сдвинул их в стороны и умело заскользил по влажному лону двумя пальцами. Я испустила протяжный стон, плотно прижимаясь и терясь об руку Германа, от чего он шумно захрипел. Его грудь усиленно вздымалась и опускалась, показывая, как сильно он был голоден и возбужден.
- Я знаю, где нам будет намного удобнее, - выдохнул Герман и, подхватив меня на руки, понёс к бильярдному столу.
Я ощутила на своих разгоряченных ягодицах холодную поверхность лакированного дерева. Взявшись за отвороты моей униформы, Герман рванул их в стороны, и пуговицы, оторвавшись, разлетелись по полу. Расчистив себе путь, он стянул лифчик вниз и высвободил набухшую приятной тяжестью грудь. Горошины розовых сосков возбужденно смотрели на него, призывая к действию. Завороженно разглядывая их, Герман, шумно дыша, заскользил пальцами по моим бедрам.
- Ты знаешь, что прекрасна? - прохрипел он. - Идеальная, - прильнув к одному из сосков, Герман втянул его в рот и стал ласкать его языком, выписывая круги.
Я рвано задышала и возбужденно выгнула спинку к нему навстречу, прижимаясь своим лоном к его паху. Потянувшись к поясу его брюк, я растегнула пуговицу и молнию и стянула их вниз, освобождая твердый эрогированный член идеальной формы и размера. Я обхватила возбужденную плоть рукой и стала проводить по ней вверх-вниз, ощущая каждую неровность на бархатистой коже. Член был горячим и упругим. Меня захлестнуло тайное желание попробовать его на вкус, ощутить во рту его нежную кожу и как следует облизать его. От этой мысли меня бросило в жар, а в животе разлилась томительная слабость.
Зарычав, Герман оторвался от моей груди и, заплыв руками под подол моего платья, разорвал мои трусики на части и одним рывком вошёл в меня, наполняя до отказа. Я вскрикнула от щемящего наслаждения, вонзив ногти в его упругие ягодицы.
- Черт! - сбивчивым дыханием прохрипел Герман. - Как же долго я об этом мечтал, - медленно двигаясь во мне, страстно выдохнул он в мои губы, сжимая мои ягодицы.
- Заткнись. Завтра я об этом пожалею, - судорожно хватая ртом воздух, ответила я, чувствуя, как огонь, рождаясь между моих ног, разливается по моему телу.
- Тогда мы будем повторять наше приключение снова и снова, пока я не сотру твоё сожаление в порошок, - Герман резко покинул меня, а затем жестко вошёл вновь, и я сладостно застонала, шире раздвигая перед ним ноги, чтобы ощутить его глубже.
С каждым толчком было все сложнее и сложнее сдерживать свои эмоции. До боли закусив нижнюю губу, я старалась не стонать, чтобы не выдать нас с Германом. Но чем явственнее проступали предвестники наступающего оргазма, тем больше я понимала, что не в силах подавить рвущиеся наружу чувства. Горячая волна опалила низ моего живота, принося долгожданное наслаждение, захлестнув меня с головы до ног, и я громко застонала, вонзая свои ногти в спину Германа.
- Твою мать! - прорычал он, когда водоворот внутри меня, пульсируя, начал засасывать и его. - Как же хорошо! Ох, твою мать! Черт!
Словно умалишенные мы двигались в безумном экстазе навстречу друг другу, переплетая влажные языки и жадные руки. Пот стекал с наших тел на зелёное сукно бильярдного стола, оставляя на нем мелкие капли. Герман ненасытно брал меня, осыпая исступленными поцелуями мое лицо, а я судорожно всхлипывала от умопомрачительного оргазма, накрывшего меня с головой.
Через мгновение Герман замедлился и, покинув меня, кончил на мой живот. Рвано хватая воздух ртом, я повалилась на стол без сил. Тяжело дыша, Герман лёг на спину рядом со мной.
- Я просчитался, - прохрипел он, заставляя меня сожалеть о случившемся. - Одного раза мне недостаточно. Я все ещё хочу тебя. Всю. Без остатка. - от сказанных слов мой живот вновь затянуло в тугой узел от желания, но я не собиралась больше поддаваться ему. Я хотела снять напряжение, и мне это успешно удалось.
- Тем хуже для вас, - вставая со стола, произнесла я, ощущая туман в голове и небывалую лёгкость в теле. - Потому что это была разовая акция, - одарив его холодным взглядом, я натянула лифчик на грудь и застегнула платье на единственную пуговицу, уцелевшую после ураганного секса. Брови Германа взлетели вверх от удивления. Он не ожидал такой реакции от меня. Сев на стол, он смерил меня потемневшим от злости взглядом, но я не подала виду, что заметила перемены его настроения. Надо было сбить с него спесь, щёлкнуть по носу, поэтому я бросила на него равнодушный взгляд. Наклонившись специально низко, чтобы подразнить его, я сняла порванные трусики и, подняв свой фартук, повязала его на талии. - Ужин, наверное, давно уже остыл, - распахнув дверь, я вышла из кабинета, боясь столкнуться с кем-либо из персонала. Коридор был чист. Я бросилась к лестнице и поднялась на второй этаж. Добравшись до своей комнаты, я закрыла дверь на защелку и, прислонившись к ней, сползла на пол.