- Вы правы. Честно говоря, я удивлён, что вы делитесь такими подробностями своей жизни со мной, - признался я.
- Для этого есть причина. Месяц назад моя мать умерла, и, находясь на смертном одре, призналась мне в том, как они с отцом вынудили мою девушку бросить меня и помогли ей исчезнуть.
Не представляете, как я разозлился, узнав это. Я много времени потратил, чтобы найти ее, а мои родители были в курсе, где она. Но это ещё не все, - сокрушенно произнес Власов. - Она была беременна от меня. У меня есть сын. Когда я узнал об этом, то не смог спать несколько дней. Настолько я был взбудоражен и счастлив. Я решил, во что бы то не стало, найти его и наладить с ним связь, - глаза мужчины засияли восторженным блеском.
- Поздравляю, - проговорил я. - Вы хотите, чтобы я помог вам найти его? - уточнил я.
- Нет, нет, - усмехнулся Власов. - Я уже нашёл его, - в его глазах появился странный блеск. - Герман, - он пристально посмотрел на меня, улыбаясь неведомой мысли. - Я твой отец.
Я ошеломленно взглянул на него, и вдруг все стало на свои места. Я понял, где видел эти серые глаза, широкие брови и прямой нос. Каждый раз, глядя на собственное отражение в зеркале, я видел лицо Власова. Мы были похожи как две капли воды.
- Я понимаю, ты шокирован новостью не меньше меня, - сосредоточенно произнес Власов. - Я не имею права вмешиваться в твою жизнь, давить на тебя и заставлять общаться со мной. Ты давно уже не мальчик, которому требуется забота и защита. Пока ты рос и становился мужчиной, меня не было рядом. Я чувствую, как сильно виноват перед тобой, но прошлого не вернёшь. Однако я не могу оставаться в стороне. Ты моя родная кровь. Мой сын, - мужчина замолк и перевел дыхание. - Если вдруг ты решишь, что было бы неплохо узнать друг друга, я буду счастлив, - в глазах Власова я увидел сожаление и отчаяние.
Я давно смирился с тем, что у меня нет отца. Пока моих друзей и одноклассников отцы учили ездить на велосипеде, рыбачить, разбирать и собирать двигатель автомобиля, разжигать костёр и лупили за курение, я учился всему сам, тайно завидуя им.
Меня всегда мучил один и тот же вопрос, как можно было бросить собственного ребёнка. В чем я был виноват?
Я считал себя ошибкой и обузой, но никогда не говорил об этом матери, потому что видел, как она убивается на двух работах, чтобы обеспечить меня всем необходимым. Я знал, что где-то есть человек, являющийся моим биологическим отцом, и до смерти ненавидел его. Винил его в нашей бедности, болезни и смерти матери. А теперь выясняется, что этот человек даже не знал о моем существовании, не предполагал, что у него есть сын.
Я внимательно посмотрел на Власова, пытаясь понять, что я чувствую по отношению к нему. Злость? Ненависть? Негодование? Досаду? Обиду?
Ничего. Передо мной сидел абсолютно чужой, незнакомый мне человек, говорил мне, что он мой отец, а я ничего не ощущал.
- Признаться честно, я немного шокирован вашим откровением, - выдавил я из себя. - Что, если это ошибка? Ваша мать могла ошибиться, указывая на меня, - с сомнением сказал я, хотя внешнего сходства было более чем достаточно.
- Я думал об этом, - спокойно согласился Власов. - Поэтому предлагаю тебе сделать ДНК-тест. Если, конечно, ты согласен, - он пристально посмотрел на меня.
Я мог бы встать и уйти, сказать, что не верю ни единому его слову, но небольшая вероятность того, что я нашёл отца, сдерживала меня от опрометчивого решения.
- Я согласен, - после нескольких минут раздумий ответил я. У меня появился шанс узнать отца, и я не собирался его упускать.
Глава 16. Идеальное место
На то, чтобы напоить цветы водой у меня ушёл примерно час. Обходя цветочные горшки, я насчитала их около трёхсот штук и поняла, что это была своеобразная месть со стороны Германа. Теперь я как минимум три раза в неделю должна была тратить целый час своего времени, чтобы полить цветы, и каждый раз, когда мой взгляд случайно падал на комнатные растения, а это происходило постоянно, потому что практически все пространство квартиры было заставлено цветами, вспоминать о человеке, который мне их подарил, то есть о Германе.