- Ерунда. - Райна пренебрежительно махнула рукой. - Никому ты не мешаешь. Только если нападешь на след, обязательно позвони Чейзу сюда или ко мне домой, - сказала она диктаторским тоном.
- Не могу поверить, что говорю это, но я согласен с матерью. Если что-то произойдет, звони. - Участие промелькнуло в потемневшем взгляде Чейза, как бы сильно он ни хотел спрятать его.
Но одного участия недостаточно, нужно еще и действовать.
- Не волнуйся, - сказала Слоун и легкомысленно тряхнула головой. - Я сама могу позаботиться о себе. Ценю, что твоя семья так много сделала для меня, но у тебя есть сейчас дела и поважнее.
Собрав волю в кулак, она вышла за дверь, как будто человек в комнате ничего для нее не значил. Она ничего не могла сделать, пока он не разрешит конфликт с самим собой. Она должна стать такой, как прежде. Но теперь, когда она узнала Чейза, это было так трудно.
Глава 13
Слоун хорохорилась до тех пор, пока не остановилась у старого дома своей матери. Когда она вышла из машины, у нее подгибались колени, а сама она дрожала. Она многое бы отдала, лишь бы Чейз был рядом с ней, но ему сейчас нужно позаботиться о матери, и она не могла больше отнимать у него это время. Научилась ли она чему-нибудь в этом городе? Хотя она думала, что усвоила урок, но не была в этом твердо уверена.
Холодный воздух бодрил. Она запахнула, джинсовую куртку и подошла к дому. Старый дом в колониальном стиле хорошо сохранился. За ним играли дети, а на крыльце развевался американский флаг, поэтому Слоун догадалась, что этот дом все еще любим в округе.
Она не хотела напугать детей, показываясь на заднем дворе, поэтому сразу постучала в дверь, намереваясь спросить разрешения пройти внутрь.
Дверь открыла женщина.
- Чем могу помочь? - Она вытерла руки о джинсы и прислонилась к дверному косяку.
У хозяйки была короткая стрижка, маникюр, и она приветливо улыбалась, но Слоун не знала, с чего начать.
- Это прозвучит глупо, но моя мать выросла в этом доме и… Ну, то есть я хотела спросить, могу я посмотреть его?
Женщина улыбнулась:
- Почему бы нет. - Она открыла дверь шире. - Заходите. - Отступив назад, она пропустила Слоун внутрь. - Я Грейс Маккивер.
- Слоун Карлайл, - ответила она, не скрывая своего имени. Она посмотрела на обои с цветочным орнаментом, пол из темного дерева и мебель. Слоун поняла, что недавно в доме был сделан ремонт и многое изменилось с тех пор, когда здесь жила ее мать.
- Как долго вы живете здесь? - спросила она женщину.
- Около восьми лет. Насколько я понимаю, этот дом много раз переделывали. - Она показала на большую прихожую и винтовую лестницу. - Чувствуйте себя как дома.
Гостеприимность маленького городка, подумала Слоун с теплом. Но она покачала головой:
- Спасибо. - Слоун не знала, какая комната принадлежала ее матери. - Я очень хочу увидеть домик на дереве на заднем дворе. Если вы не возражаете.
Грейс засмеялась и убрала волосы за ухо.
- Ну конечно, нет. Мои дети проводят там уйму времени. Пойдемте. Я покажу вам. - Она провела Слоун через дом на кухню, а потом на открытый внутренний двор.
Двор был огромным, и Слоун сразу представила, как ее мать играла здесь. А может, она и не резвилась здесь, учитывая строгие правила поведения, которым должна была подчиняться. Но сейчас на нем играли две девочки, хихикали и, возможно, обсуждали мальчишек.
Так же как Жаклин и Райна разговаривали о парне, в которого влюбилась ее мать. О парне по имени Самсон. Об ее отце.
- Девочки, Ханне пора идти домой, - сказала Грейс.
- Можно, я останусь, Грейс, пожалуйста. Я позвоню Кендалл, и она разрешит мне остаться. Она все равно приготовит мне фасоль, лучше я поем ее здесь, - прокричала симпатичная светловолосая девочка.
По разговору Слоун догадалась, что перед ней сестра Кендалл, Ханна. Девчонка не могла спокойно стоять на одном месте и этим напомнила Слоун ее сестер-близняшек, так что она еле сдержала смех.
Очаровательная брюнетка присоединилась к Ханне:
- Ну давай же, мамочка. Для меня одной все равно еды слишком много.
Грейс подняла брови:
- А ты откуда знаешь об этом? Разве ты помогала мне готовить? - сказала она с усмешкой.
- Потому что обычно ты много готовишь, а Ханна много не ест, правда ведь, Ханна?