– Ой, Лизавет! Мы забыли сказать тост! – опомнился Матвей. – Придётся нам ещё раз выпить.
– Нет! – резко оборвала та.
– Ну хорошо, – легко согласился гость. – Я схожу за голубцами.
Они сели на диван за новогодний стол. Под соусом «Шампань» крабовые голубцы оказались ещё вкуснее, чем без него. Матвей – явно из вежливости – расхвалил Лизино оливье, а потом взял пульт от телевизора и уменьшил громкость. Лиза открыла рот для протеста, но была остановлена:
– Ты же сама говорила, что на праздниках любишь общаться.
– Ну да, говорила, – буркнула Лиза.
– Я так понимаю, текила тебе не понравилась?
– Верно понимаешь.
Матвей встал из-за стола.
– Тогда я принесу шампанское.
– Я сама, – оборвала Лиза и скрылась на кухне.
Она быстро достала из холодильника две бутылки. В один бокал налила шампанское, а в другой – «Буратино». И, стараясь не перепутать, отнесла бокалы на стол. Бокал с «Буратино» поставила около своей тарелки.
– Лизавет, надо было всю бутылку принести, – заметил Матвей.
Лиза нарочно приняла растерянный вид.
– Э… Я, если честно, больше одного бокала не выпью.
– Ну, как хочешь.
С экрана телевизора зазвенели куранты. Матвей поднялся, чтобы произнести тост:
– Что ж, ещё раз спасибо, что пригласила одинокого меня в свой уютный дом. На излёте этого трудного года… я правда очень рад познакомиться с такой замечательной девушкой, как ты, Лиза.
– Да ладно, пустяки, – смутилась та.
– И всё же. Каким бы прекрасным ни был конец этого года, я надеюсь, что следующий будет ещё лучше. – Карие глаза Матвея встретились с глазами Лизы и не отпускали. – Ещё прекраснее, ещё удивительнее… В общем, пусть новый год принесёт нам обоим счастья, удачи, душевного покоя и много радостных минут.
– Согласна, – пробормотала Лиза.
Они чокнулись и стали пить из своих бокалов.
Пробило двенадцать. За окном раздались первые залпы салюта. У Лизы сжалось сердце. «Осталось всего двадцать четыре часа. Если я не успею его убить, то упущу свой последний шанс…»
– Какое-то странное у тебя шампанское, – оторвался Матвей. – На лимонад похоже.
По телу Лизы пробежала дрожь. «Твою мать…» – с ужасом осознала она, ощутив на языке яркий игристый вкус.
Матвей взял у Лизы бокал и отпил.
– А вот у тебя нормальное. Странно!
Лиза на миг застыла от шока.
– Я… принесу тебе другой бокал.
– Просто принеси бутылку, – попросил Матвей. – Я хочу почитать, что написано на этикетке. Я, когда для соуса открывал, не успел прочитать.
Лиза поспешно унесла на кухню предательский бокал с «Буратино» и принесла шампанское.
– Здесь всё на французском, – предупредила она, вручая Матвею бутылку.
– Я знаю французский. – Он принялся изучать этикетку. – Demi-sec – полусухое. Chardonnay, produit en France… Вроде не подделка. Почему же вкус был такой никакой?
– Может, тебе так после текилы показалось? – настаивала Лиза.
– Всё может быть, – задумался Матвей.
Бутылка шампанского осталась на столе. По телевизору возобновили показ «Иронии судьбы».
«Так бездарно перепутать бокалы! – молча сокрушалась Лиза. – Дура! Как же я могла так протупить?!»
Чувствуя непривычную лёгкость в ногах, Лиза поняла, что пьянеет. Она занервничала, так как почти не пила алкоголь и никогда в жизни не была пьяной.
– Лизавет, с тобой всё нормально? – забеспокоился Матвей. – Может быть, тебе лучше прилечь, а я домой пойду? Ты только скажи…
– Нет-нет, я в порядке! – сразу взбодрилась Лиза. – Не уходи… пожалуйста.
Это прозвучало так неожиданно трагично, что Матвей заглянул ей в глаза.
– Ты уверена?
– Да.
«Если он сейчас уйдёт, то утром может уже не вернуться. Господи, надо что-то говорить, что-то делать…»
Лиза как могла пыталась соображать.
– Вообще-то… у меня сегодня день рождения, – вспомнила она.
– В смысле в Новый год? – удивился Матвей.