Хорошо, малышка, сыграем по твоим правилам.
Я под столом начинаю касаться своей ногой ее ножки. Да, знаю , так обычно поступают девушки, но тут мой грех, я не сдержался.
Жаль, что на мне туфли и я не могу, как девушки в такой ситуации, быстро их снять. Хотелось бы почувствовать её кожу на ощупь. Думаю она должна быть как шелк гладкой и нежной.
Я провел краешком туфли по её лодыжке, стараясь максимально аккуратно это сделать.
А как она отреагировала! Закашлялась бедняжка.
Нет, мне её не жаль. У меня нет к девушке чувства жалости, только одно чистое и мощное - похоть. Абсолютная и разрывающая. Хочу ее до скрипа в паху, до кончиков пальцев на ногах, до безумия. Ещё ни одна женщина на этой земле никогда не вызывала у меня такой спектр эмоций.
Хочу остаться с ней наедине.
И вот, подарок, она заходит в уборную. Я извинившись, иду следом. Кажется, пере уходом, замечаю смешок ее юриста. По логике вещей, это должно было меня насторожить, но моя голова уже не функционирует. Всем управляем нижний друг.
Приходиться минут десять ждать ее у двери.
И вот этот момент.
Она выходит из помещения, и я перехватываю её.
Пользуясь элементом неожиданности, я жадно припадаю к губам Анны.
Я был прав. Она сладкая на вкус , как мед, как самый сладкий фрукт. Ничто не идёт в сравнение с ней. И я наслаждаюсь ней. Вдруг ощущаю, что девушка начинает мне отвечать, и у меня срывают тормоза. Я уже не контролирую свои действия. Мозг отключился , а к работе приступил совсем другой орган. Подхватываю девушку под попку и отношу к подоконнику. Усадив свою ношу на него, я ловким движением стянул верх платья. Перед моими глазами открылись пара самых идеальных грудей, что видел в жизни. Припал губами к соску, девушка сразу выгнулась дугой мне навстречу.
Стон удовольствия вырвался из её груди.
Никогда в жизни мне не сносило так крышу лишь от одного прикосновения. Однозначно, мир в этот миг разделился на до и после.
И тут случилось непредвиденное.
Я очнулся от острой , раздирающей боли в области яиц. Не успеваю согнуться, как мне прилетает пощёчина. Падаю на пол, и только краем глаза замечаю как моя идеальная мечта скрывается с глаз в коридоре.
Через минут двадцать, когда я наконец сумел сделать нормальный вдох, и убедился что мой дружок не переломался, я поспешил в зал. Хотел сделать что-то плохое, гадкое, дерзкое. Но не смог. Посмотрел на Анну и не смог.
Что-то мне напомнили её голубые глаза, поддернутые дымкой ярости. Что-то из далёкого прошлого.
То, что я уже десять лет глушу в своей душе.
Кто же ты такая , Анна Гройс? Откуда ты? И откуда у меня такое дежавю?
Прощаемся сухо , и уже в машине я оценивая ситуацию, понимаю что зря потерял время. Ведь мы так не к чему и не пришли. Я даже не успел рассказать им про условия договора, если они согласятся отступить. Но теперь я понимаю, что она не отступиться. Такая женщина, как Анна Гройс никогда не отступает.
Придется воевать.
Да, я Стас Яровский, президент и владелец компании " ЯрИнтерком". Хоть я и являюсь единственным наследником империи моего отца, именно эта компания моя с ноля.
Мой отец Виктор Ольхин, известный бизнесмен и милиардер.
Владеет " АнтерГруп" , одной из самых успешных империй в сфере бизнеса. Наши компании специализируются на производстве мебели и всего что к ней прилагается. Наша мебель премиум класса и известна во всем мире.
Нашим компаниям являются конкурентами лишь трое, две из них находятся в Америке, с ними разбирается отец . А вот компания Анны Гройс основную свою мощь развила на просторах России. И это меня напрягало. Нет , не сам её бизнес. А то что , моей задачей было устанить её как конкурента. Так папа решил проверить меня на вшивость. Потяну ли я такую ответственность.
До сегодняшнего вечера я был уверен на сто процентов. Ведь задача стояла не особо тяжёлая.
Насколько я узнал из своих источников, компания Анны многопрофильная. Она изготавливает не только мебель, поэтому потеря в этой отрасли не привела бы к разрушениям. Просто неприятность. Ничего больше.
Но сегодня моё мнение поменялось. Я больше не хочу приносить ущерб Гройс. Я хочу её завоевать.
Утром я приехал в офис в приподнятом настроении. Ещё в приемной я почувствовал запах свежесвареного кофе с нотками корицы, моего любимого.
Это хороший знак, значит Эля, мой секретарь, уже на месте.
Подойдя поближе я в этом убедился. Отдав скорее просьбу, чем приказ, принести мне кофе в кабинет, я зашёл к себе.