— Сначала контакт установи, иначе провалишь всю операцию… — бросает трубку.
О! Как громко звучит! Операция!
Ну, ладно… мое дело маленькое…
Контакт, так контакт…
Быстро дохожу до клуба. Еще рановато. Делаю пару кругов по району. Ноги сами приводят домой.
Точнее, что называлось домом. Дома я себя чувствовал только в детстве. До всего херового, что со мной произошло.
А здесь? Здесь только тусовки и перерыв между ними.
Осматриваюсь...
А ничего не изменилось. В палисаднике все также ухоженные клумбы теть Люды из сорок шестой квартиры. И вишни бабы Кати.
Интересно был урожай в этом году?
Вскидываю голову вверх.
В окнах горит свет.
А ты, Гарик, губу раскатал: "Не пойду жить в отцовскую квартиру…"
А тебя никто и не ждал. Сдали твою хату.
Ну и пусть…
Сам справлюсь!
Стемнело, пока бродил. Смотрю на время. Уже можно…
Иду обратно в клуб.
Сегодня пятница, только девять вечера, а народу полно уже.
Беспрепятственно прохожу холл. А вот, чтобы пройти через танцпол, к бару, надо поработать локтями.
Пробившись через толпу, приземляюсь на свободный стул. Прошу у бармена бутылку воды, залпом выпиваю половину.
Напротив меня, на другой стороне бара замечаю Николая.
Незаметно киваю в знак приветствия.
В ответ кивает наверх, в сторону випки. Поднимаю голову, на панорамное окно. Сквозь него ничего не видно, но, видимо, он там. Теперь надо как-то туда попасть.
Оглядываюсь, соображая как залететь на этот "праздник жизни".
Узнаю у администратора, что в вип-комнате спецобслуживание и туда можно попасть только по пригласительным.
Мда…
Просто так не заявишься...
Но на мою удачу Соболев сам спускается со второго этажа и направляется в сторону бара.
Ну не придумав ничего более путного, иду на "таран".
Опускаю голову и заряжаю плечом в плечо.
— Слышь, — начинаю "бычить". — Смотри куда прешь!
— Ты случаем, берега не попутал? — не остается в долгу.
Поднимаю голову, читаю в его глазах сначала вызов, который потом сменяется диким удивлением. Узнал!
— Да, ладно… — изумленно. — Гарик, ты что ль? А нам сказали, что ты подох…
Ржет и хлопает по плечу. Козел. Никогда не питал к нему теплых чувств. Так, тупо тусили вместе. А сейчас, вообще, воротит от этой морды.
Но это же для дела... – успокаиваю сам себя.
— Неа, хер дождетесь! — пожимаю протянутую руку.
— Ты где пропадал столько времени?
— Меня папаша в армейку определил и понеслось… — заливаю я о тяготах армейской жизни.
Не говорить же ему, что я лечился всё это время. Меньше знает - крепче спит.
Тем более, папаша этот факт моей биографии хорошо скрыл. Но не от нашей доблестной полиции и, особенно, от Елены Прекрасной.
— Ой, не спрашивай… — отмахиваюсь.
— Ну, твой батя дает… — усмехается. — Хотел, чтоб тебя перевоспитали?
— Ага, хрена с два он меня теперь перевоспитает. Раньше надо было…
— А чего мы стоим? Пошли к нам в випку, все свои…
— Да, не, братан, я на мели, зашел так, чисто молодость вспомнить…
Я действительно на мели, а в этой тусовке строго все платят за себя. Негласное правило. И не дай бог, кто-то в долг попросит. С дерьмом потом смешают.
— Да ладно, я угощаю… Я, вообще, проставляюсь сегодня, бизнес обмываю свой…
— У тебя свой бизнес? — удивляюсь.
Чтоб у Соболя был свой бизнес, это просто фантастика. Скорее он бы альфонсом пристроился к немолодой даме и с нее посасывал баблишко. Ни дня не работал.
Хотя… не мне судить… сам такой же…
После долгого приветствия всей компашки, наконец-то, падаю на диван. Помнят, собаки...
Полвечера слушал лестные поздравления, пожелания процветания. Аж противно.
Сеть аптек? Реально? Не перестаю удивляться. Где Соболев, и где фармацевтика...
Как я раньше мог вариться в этой атмосфере лжи и одиночества среди толпы? Мне доставляла нереальный кайф эта дружба. Фу...
Когда уже все хорошо накидались, стал обдумывать, как к нему подъехать, насчет нашей темы.
Как будто я опаздываю. Или просто хочется побыстрее все закончить и жить спокойно? Пока непонятно...
— Слушай, а есть чем закинуться? — осторожно интересуюсь.
Ну, а что? Он прекрасно знает, что я употреблял. Но что закончил, не знает никто из этой компании.
— Тебе чего? Подудеть или что посолидней? — как ни в чем не бывало. Значит, и правда "толкает" это дерьмо.
— Сейчас такая штука классная есть. "Высотка". Выносит с полпинка. Могу достать… — заинтересованно улыбается.
Сглатываю тяжелый ком. И нервно вытираю об джинсы вспотевшие руки.