Роман в сердцах сплюнул себе под ноги, поднял глаза и вдруг увидел перед собой молодую стройную девушку с микрофоном в протянутой к нему руке, а позади нее – парня с видеокамерой на плече.
– Скажите, а что такое, по-вашему, счастье? – спросила девушка изумленного Романа.
– Вы ко мне?
– Да. К вам. – Улыбаясь и смешно наклонив голову набок, она ожидала ответа.
– Счастье? Ну, вы и спросили… – Роман на какое-то время «завис». – Знаете, что я вам скажу… Счастье – это не забывать, каким ты был в молодости! А еще – не забывать, кем и каким ты тогда хотел, мечтал стать! Понятно?
– Вроде да, – обольстительно улыбнулась девушка. – То есть вы хотите сказать, что, если человек не изменяет мечте своей юности, он счастлив, я правильно поняла?
– Да. Хотя это не единственная составляющая счастья. Счастье – это вам не конфета или, например, – Роман огляделся, – например, автомобиль. Все это вещи, предметы. Их кое-как можно определить. А СЧАСТЬЕ – это состояние, когда у тебя разворачивается душа и хочется летать. То ли от осознания себя, то ли от чувства к кому-то. Это так же сложно определить, как… как НЕБО.
Роман поднял глаза и указал пальцем куда-то вверх, а когда опустил взгляд, широко улыбнулся – девушка с микрофоном, приоткрыв рот, рассматривала зимнее серое небо, словно впервые его видела, а оператор еще и снимал его.
Роман свернул на лестницу, ведущую к офисному зданию, а странная парочка так и осталась стоять на тротуаре, задрав головы.
46
Уже довольно давно они жили в Киеве, не столь религиозном, как Львов, а перед этим не один год разъезжали по заграницам. Так что постепенно старые ритуалы семьи Соломатиных забылись, и в конце концов, после того как Вадик переехал жить в свою квартиру, религиозные праздники стали скорее поводом встретиться за столом, чем несли в себе их истинный смысл. Вот и этим вечером Игорь подумал, что сейчас по его родному городу ходят ряженые, устраивают вертепы, провозглашают радостную весть о рождении Христа, колядуют, а они здесь всего лишь за кутьей и ужином будут знакомиться с потенциальной невесткой… Он еще не знал, радоваться тому, что сын довольно быстро нашел замену Анжеле, или вообще не заморачиваться по этому поводу, ведь это его жизнь, ему и решать.
Так рассуждал Игорь Соломатин, молча помогая Антонине выносить из кухни в гостиную еду на дорогих современных дизайнерских тарелках. И только кутья была в глубокой глиняной расписной миске с погруженной в нее деревянной ложкой. А еще традиционный компот из сухофруктов, узвар, Антонина налила в старый керамический кувшин и поставила рядом с миской. С минуту она внимательно рассматривала стол, потом вздохнула, едва заметно махнула рукой и снова ушла в кухню. Игорь услышал, как скрипнула там балконная дверь, а вскоре через открытую форточку в гостиной потянуло с улицы сигаретным дымом.
Совсем холодно стало у них дома. Вроде ничего явного не случилось, а просто никто больше не напрягался, чтобы демонстрировать манеры комильфо. Разве что сегодня для сына они постараются. И сколько еще будет продолжаться этот цирк? Покатилось их общее с горы, как снежный ком когда-то в детстве, – он катится-летит, набирает ход, а ты смотришь, и сердце замирает, и только чудо может его спасти. Но зачем? Чтобы снова катить его вверх и пускать с горки еще раз? А стоит ли?
Александра причесалась перед зеркалом в коридорчике квартиры Вадима, подкрасила губы и заметила, что он, стоя сзади с улыбкой, наблюдает за этим женским ритуальным действом.
– Не волнуйся. Ты им понравишься!
– Да уж не знаю… Каждая мать думает, что ее ребенок достоин наилучшего. А я вряд ли лучшее, что можно было выловить в большом городе, – улыбнулась ему в зеркало Александра, не оглядываясь.
– Я не ребенок. И, собственно, не очень завишу от их оценок. Это моя жизнь! – спокойно, но твердо сказал Вадим, сделал шаг и обнял Александру.
– Ну, смотри. Чтобы потом не жаловался – видели очи, что покупали, ешьте, хоть повылазьте! – Женщина положила теплые ладони на его руки.
– Самого главного глазами не увидишь! – прошептал ей на ухо Вадим.
– Зорко одно только сердце, – дополнила цитату из Сент-Экзюпери Александра.
– Ну что, поехали?
– Сейчас, минутку, только Стасю наберу!
– Ну, давай, я пойду греть машину.
– Ага, я быстро.