— Что именно?
— Усыновлять, ради того, чтобы я помог вам заработать... не знаю... не так я себе это представлял, — произнес Лиам, чтобы из любопытства увидеть реакцию своего собеседника.
Гилберт вздохнул и опустил взгляд на столешницу.
— Да, я понял. Но мне кажется, всяко лучше, чем жить в детском доме, где, думаю, тебе приходится нелегко.
— Безусловно, вы правы.
Бизнесмен тут же встал и отошел к окну, с интересом рассматривая открывающийся из него совершенно непривлекательный вид.
— Завтра я уже заберу тебя.
— Ого, так быстро! — воскликнул Лиам то ли от радости, то ли от грусти.
Он думал, что у него будет хотя бы пару дней для прощания с друзьями и сборов своих немногочисленных вещей. Хотя оформление документов обычно занимает месяцы. Кажется, с помощью денег этот процесс можно ускорить в несколько раз... Гилберт кивнул и сразу же направился к двери.
— Увидимся, — сказав это, он вышел.
Лиам вдруг подумал о своих друзьях. Они останутся тут, а сам он перестанет быть беспризорником... А еще мальчик не знал, как им об этом рассказать. Лиам чувствовал себя как-то паршиво, словно он не должен был уходить без них. Он знал своих друзей всю свою жизнь, а сейчас будто эгоистично бросает их. Но даже так, кто захочет упустить шанс жить нормальной жизнью?
Лиам, пытаясь собраться с мыслями, пошел в комнату, где его ждали Дэрек и Линда. Они, скорее всего, уже обо всем догадались сами.
— Что случилось? — спросил Дэрек, заметив поникшее лицо мальчика, когда тот вошёл.
Лиам, тяжело вздыхая, сел на кровать. Он подумал, что эти ребята должны будут его понять.
— Ну, что? — не выдержала Линда.
— Меня... меня усыновляют.
Дэрек и Линда переглянулись.
— Тогда почему ты такой грустный? — Линда скрестила руки на груди.
— Этого все ждут! А он не прыгает от радости! — ухмыльнулся его друг, разводя руки.
— Я буду скучать...
Его друзья сели рядом с ним.
— Ты из-за нас, что ли, такой? — Дэрек вопросительно приподнял брови. — Мы не пропадем. А тебе такой шанс выпал!
— И правда! Мы рады за тебя. Хотя тоже очень будем скучать... — тихо сказала Линда, нахмурив лоб.
— Кто теперь нам будет булочки таскать... — Дэрек слегка искривил уголки губ.
— А ты сможешь нас навещать? — спросила Линда.
— Надеюсь, что да.
Дэрек резко вскочил с кровати. Он никогда подолгу не мог сидеть на одном месте, ему постоянно нужно было что-то делать. Эта безмерная жизненная энергия всегда передавалась всем вокруг. Но не в этот раз.
— Все не так уж и грустно! Взбодрись! — выкрикнул Дэрек, пытаясь растормошить Лиама.
Несмотря на то что они всеми силами пытались не показывать как они расстроены, Лиам все равно заметил отпечаток грусти на их лицах. Это естественно, они ведь друзья уже столько, сколько себя помнили.
Дэрек и Линда были рады за Лиама, как за себя. Но и так же они понимали, что вряд ли снова увидятся.
— Когда тебя заберут? И ты уже знаешь, кто твои родители? — Девочка теребила замок от молнии своей кофты. Она делала так, когда волновалась или была чем-то расстроена.
Лиам не очень хотел рассказывать, что его усыновит тот самый бизнесмен. Все сразу станет ясно: у него только корыстный интерес, не более. Хотя самого Лиама это не очень-то волновало.
— Не поверите... Это тот человек, который купил мне булочки тогда.
— Да ладно?! — удивилась Линда.
Дэрек присвистнул.
— Может, он маньяк?
Линда бросила недовольный взгляд на Дэрека, показывая тем самым, что он несёт полную ерунду.
— Ну а что? — ухмыльнулся тот.
— Не думаю... То есть точно не маньяк, — пожал плечами Лиам, отрицательно покачав головой.
— Он узнал о твоей супер-способности? — Дэрек сразу понял, что к чему. Это неудивительно, ведь у него всегда имелась при себе глубокая проницательность.
— Именно так, а поскольку он бизнесмен, ему крайне выгодно знаться с таким, как я.
— Да уж... — протянула Линда. — Возможно, тогда не стоит соглашаться?
— Он кажется хорошим. Поэтому я рискну.
Лиам знал, что Гилберт правильный человек, так что он действительно не парился на этот счёт. Ну и что, что его способность — лишь повод для усыновления. Странно, что Гилберт вот так запросто поверил в слова каких-то людей, — вдруг подумал Лиам. Похоже, он уже давно хотел усыновить ребёнка. Ответ на этот вопрос мальчик даже не спросил у самого себя, ему, в общем-то, было безразлично.