— Смотрю, кто-то возомнил себя папашей, — неприязненно проговорил Кевин, игнорируя слова открытого унижения в свой адрес. — Какая тебе вообще разница, что с ним будет?
— Меня больше волнует, зачем Алави попросил тебя убить Диггли Доннели, — перевёл тему Эл.
Кевин задумчиво почесал над бровью.
— Уверен, у него есть свои резоны. Мне откуда знать?
— То есть ты не знаешь?
— Я лишь выполнил его просьбу и не имел возможности возразить на этот счёт. Уж ты должен понимать. И все же я верен Алави, и его нежелание посвящать меня в подробности — это лишь вопрос времени. Вот притащу ему мальчишку — будь уверен, я его найду, — и Алави убедится в моей надежности. А то что-то ему таких детей ещё никто в подарок не вручал, надо же иногда радовать нашего командира.
— Это вряд ли, — серьёзно сказал Эл.
Увидев удобный момент, он вскочил и схватил Кевина за руку, небрежно отшвыривая его вперёд и проворно заступая назад. Скорость — это то, чего у него было не отнять, она не раз выручала Эла в трудных ситуациях. Порой, он оставался жив только потому, что оказывался быстрее своих врагов. И даже сейчас эта чрезвычайная ловкость сыграла ключевую роль. Не отпуская запястье Кевина, Эл резким движением загнул его руку так, что сейчас она беспомощно прижалась к спине своего хозяина, а потом с усилием вывернул её к верху, повреждая таким образом плечевой сустав. После тихого хруста последовал пронзительный вопль, эхом раздавшийся по пустующему помещению. Эл ототкнул парня к стене, и сам приблизился к сумке Кевина, где он оставил своё оружие.
— Ты проиграл, с одной рукой ты беспомощен, — вынес итог Эл и поднял пистолет, наводя его на устранителя.
Кевин улыбнулся и издал несколько не к месту ликующих смешков.
— Но и ты тоже не выиграл, — леденящим голосом произнёс блондин.
Эл вдруг ощутил покалывание и онемение в правом бедре, его глаза расширились от ужаса. Он увидел на своей ноге торчащий тонкий дротик, который, судя по всему, находился там достаточно давно. Кевин умудрился выполнить свою подлую затею, и Эл обратил на это внимание только сейчас.
— Батрахотоксин, — продолжая улыбаться, пояснил Кевин. — Не волнуйся, ты даже не заметишь, как умрешь.
— Ублюдок! — с искренней злостью заорал Эл и судорожно нажал на курок, пока он ещё мог контролировать свои действия.
Он с первой пули попал в голову Кевина, но сделал ещё три яростных выстрела ему в грудь. Чертов Кевин укатился прямиком в Ад, и по печальному стечению обстоятельств Эл совсем скоро отправится за ним. Пусть он разбирался далеко не во всех разновидностях ядов, именно об этом он знал одну самую главную вещь — батрахотоксин его убьёт. Противоядия нет, а даже если оно и было, то на его поиск не хватило бы времени. Эл не успел вкусить страх подступающей смерти, его отвлекла резкая боль в сердце, от невыносимости которой он упал на пол и вдавил ладонь в грудь, будто-то бы подобный жест мог облегчить ему страдания. Перед глазами стали мелькать тёмные промежутки, сознание на миг терялось где-то в неизвестности. Вот и всё, конец. Совсем не такой, каким Эл его представлял. Он издавна возлагал надежду на то, что умрет не так убого, но обычно жизнь всегда любила поступать наперекор задуманному, не забывая безжалостно вытереть ноги о разбитые мечты.
Грудная клетка Эла чуть ли не трещала из-за безумно колотящегося об неё сердца, он стал чаще дышать, нехватка воздуха обжигала его лёгкие. Для него время в этом мире стремительно убывало. Несмотря на всю плачевность ситуации и полную её безвыходность, Эл не ощущал ни гнева, ни грусти, ни каких-либо других чувств, соответствующих его унылому положению. Словно так и должно было быть, он не мог этого изменить — никто бы не смог, даже Лиам. Мимоходом прошмыгнула мысль: а все ли перед смертью считают именно так? Где же внутренние возгласы о жестокой несправедливости, о слишком юном возрасте и неготовности принять свою скверную участь? Элу ничего из этого не пришло на ум, он лежал на пронизывающе-холодном бетоне и желал только одного: чтобы эта немыслимая боль наконец утихла. Его все ещё острый слух уловил отголоски топота с лестничной площадки, кто-то стремительно бежал к нему. Но сознание Эла уже не анализировало вероятные возможности, не пыталось заранее предположить, кто бы это мог оказаться. Ему уже было все равно. Связь с реальность потихоньку ускользала.
В пустующее помещение ввалился Ронан, опираясь рукой о край прохода и хватая ртом как можно больше воздуха. Он увидел своего лежащего на полу друга и, не обращая внимание на сильное изнеможение, ринулся к нему. Из-за возникшего затора на дороге, Ронану пришлось бросить свою машину неподалёку и бежать сюда на своих двоих с безумной скоростью — хорошо хоть физическая подготовка не подвела. Правда, какая уже разница, ведь он все равно не успел вовремя. Сначала парень не понял, почему Эл не открывает глаза и так тяжело дышит без видимых повреждений на своём теле. Ещё до того, как Ронан увидел валяющийся рядом стальной дротик, он догадался — дело в яде.