Насытившись, Стая исчезла так же незаметно, как и появилась. Еще некоторое время я сидела в укрытии, пока не решилась вылезти. Дрожа всем телом, я осмотрела место бойни. И меня вывернуло. Затем еще раз.
Куда идти? Что делать дальше? Из последних сил я задвигала панику подальше. Ощущая себя натянутой до предела струной, я на вялых ногах поплелась вперед, пока не вышла к роднику. Только коснувшись ледяной воды, я поняла, где нахожусь. В краях, откуда я родом повсеместно растут хвойные деревья. Высокие, суровые и готовые к жестокому холоду, который приносил с собой северный ветер. Экипаж на свое несчастье оказался на границе Леса демонов, северной границе Проклятых земель. Здесь тоже росли хвойные деревья, но из-за магической аномалии, объявшей в недобрый час Проклятые земли, некогда бывшие богатым краем, населенным людьми, хвоя, кора и листья растений приобрели красный оттенок.
Я пыталась прийти в себя, окуная озябшие пальцы раз за разом в ледяную воду, полоская уже давно чистый плащ. Но опомниться мне не дали. Стая вернулась.
Они не спешили убивать меня. Насытившись человечиной, демоны решили размяться, загоняв незадачливую добычу насмерть. Так я петляла между деревьев, пока оставались силы. Стая следовала за мной по пятам, иногда подгоняя. Иногда я слышала клацанье их зубов у себя за спиной. Волкоподобные огромные твари словно насмехались над моими мучениями. Но я ползла вперед.
Жить. Я только начала жить. Неужели я так скоро умру?
Невеселые обрывки мыслей скользили в моем мутном от усталости сознании. Я не чувствовала страха. Мне уже было все равно. Но я хотела жить. И это противоречие тянуло мою уставшую тушку вперед. Так мне повезло во второй раз, и когда Стая загнала меня к обрыву у реки, я не мешкалась. Я прыгнула в воду и ухватилась за плывущее рядом бревно. Демоны-волки выли позади, но течение быстро уносило меня далеко вперед.
Оказавшись на мелководье, я брела некоторое время по воде, опасаясь, что Стая вскоре нагонит меня. Но холод и влага подкосили мое шаткое здоровье раньше. В груди свистело и клокотало, сердце билось слишком быстро и стучало в ушах, и все силы уходили на лишний вдох. Дышать оказалось очень больно.
Я едва перебирала ногами вдоль берега, когда сознание покинуло мое изможденное погоней и болезнью тело. Последнее, что я ощутила перед тем, как впала в беспамятство, это чьи-то обжигающе ледяные руки на моей разгоряченной лихорадкой коже.
Следующие дни я провела в бреду и редких пробуждениях. Я помнила эти ледяные руки и чью-то неясную тень, склонявшуюся над моей постелью. Помню горькое питье, от которого мое тело сотрясал ужасный кашель. Постепенно я уже дышала не с таким трудом, и огонь в моих легких постепенно унялся.
Наконец, и лихорадка сошла на нет, и я проснулась в ясном рассудке. В полумраке наглухо зашторенной комнаты оказалось очень сложно что-то разглядеть. У изголовья моей кровати стояла черная тень. Слышался лязг металлической посуды. До носа донесся аромат давешнего горького питья. Звякнула ложка о железный поднос, и я внутренне сжалась, предвкушая лечебную экзекуцию. Во рту все вязало заранее. Тень склонилась над моим лицом.
-Очнулась, - прошелестел Господин Тень.
Даже когда он предстал прямо перед моими глазами, я продолжала называть его так, потому что это прозвище подходило ему больше всего. Ибо вампир, стоящий передо мной, определенно являлся бледной тенью себя прежнего. Субтильный сломленный мужчина смотрел на меня впалыми черными глазами. В черной радужке только угадывался зрачок, отчего взгляд Господина Тени, казалось, таил за собой бездну. Его волос, как и кожа потеряли всякий цвет. Тонкая и серая, как истлевшая в камине бумага. Только подуй, и она рассыпится на кусочки.
-Пей, - Господин Тень протянул мне серебряный кубок. Лечебный отвар так и парил природными фитонцидами и вызывал отвращение. Я протянула руки, чтобы взять кубок, но они задрожали от слабости. Тогда вампир уселся у моей кровати. Стало неуловимо душно от такого близкого присутствия болезненного мужчины. Он приложил кубок к моим губам. Горло сковал спазм от горечи, но я глотала сквозь слезы.