-Как видишь, - широко ухмыльнулся белый демон, - жив здоров.
-Действительно…чудо прямо какое-то… - фыркнул я, пытаясь вырваться из объятий, курчавый при этом продолжал невозмутимо лежать в обнимочку со мной и с преувеличенным интересом рассматривать потолок моей комнаты.
-Да нет, на самом деле, ей хватило пяти упаковок якисобы, чтобы забыть и о планете и о том, что я вообще в космос летал.
-Подкупил, значит, - фыркнул я.
Обладатель серебряных волос перестал смущать своим пристальным вниманием мой потолок и переключил его на меня – лучше б не делал этого. Всякий раз, когда встречаюсь взглядом с его кроваво-красными глазами, хочется смотреть в них, не мигая – а вдруг пропущу что интересное? Особенно это выражение готовенькой подляночки…ух! Точно завалю его сегодня. Да, и мне всё равно, что поясница и нижняя её часть адски болят, если вы ещё не поняли этого по тому, с какой активностью я дом прибирал. Это, между прочим, своего рода тренировка была на расширение возможностей по терпению порога боли. А если ещё добавить воспитательные работы с Окитой…в общем, готовь-ка, демон, свою жопу.
-Угу, это самый действенный метод, - хмыкнул он и, придерживая меня одной рукой за талию, второй провёл по шее и попытался забраться под рубашку, расстегнув её пуговицы на две больше нужного. Тело предательски задрожало, требуя к себе повышенного внимания. А я, игноря собственное начавшее ухудшаться состояние, продолжал, как ни в чём не бывало:
-Что за методы воспитания у тебя? Ты в курсе вообще, что монстра растишь?
-А ты владеешь другими? Если да, то буду только рад твоей помощи, - Гинтоки всё-таки забрался под ткань почти стянутой рубашки и теперь сжимал соски, вызывая мои хриплые вздохи. Дерьмо! Если так и дальше пойдёт…
Откинув от себя его руки и его самого, я резко вскочил на ноги, и, воспользовавшись его замешательством, завалил в удобную мне позу, то есть на лопатки, после чего, с комфортом устроившись на его животе, принялся медленно развязывать светлую часть его кимоно и расстёгивать пуговицы чёрной рубашки, которую уже почти не скрывала светлая ткань с узором каких-то загогулин, пожирая глазами постепенно оголяющееся уже знакомое сильное тело.
-Владею, но ей придётся несладко после лафы, которую она ловила у добряка тебя. Ты готов пойти на такие жертвы? – я выжидательно взглянул на парня, распластавшегося подо мной, который мало того, что сводил с ума своим уже полуголым видом, так ещё находился в совершенно расслабленном состоянии…Не понял, ему что совсем на свою задницу плевать? Вот уж не знал, что любимый человек очередным садистом окажется…
-Готов! Меня перевоспитать у тебя уже не получится, возрастом не вышел…а ей полезно будет, - отозвался Гинтоки потемневшим взглядом пожирая меня. Чёрт, и почему мне кажется, что лицо у меня сейчас как кетчуп в тарелке у того идиота, который не знает в нём меры и жрёт его пачками, если не вёдрами…нет, ну как так можно? То ли дело майонез…
-Вот насчёт себя ты погорячился, меняться никогда не поздно. Пожалуй, стоит взяться за тебя первого, а Кагура пусть подождёт своей очереди - нагло усмехнулся я, поёрзав на нём, чтобы устроиться поудобнее. Его член откликнулся даже быстрее, чем я ожидал (ха-ха, коварный я!>_>) и теперь уже в твёрдом состоянии упирался в моё правое бедро. Я не стал скрывать торжества, правда, его омрачал тот факт, что и моя собственная плоть отставать не захотела и также привела себя в рабочее состояние. Преимущество сверху млин…в каком месте?! Он даже почти ничего не делая, просто так лёжа подо мной умудряется заводить так, что дыхание само сбивается в неровные клочки и заставляет ещё и голос к выдоху прибавлять…как такое может быть вообще? Почему он так сильно возбуждает меня? Да, я вроде бы определился, что люблю его, но никогда не думал, что страсть может быть тесно связана с этим вроде как чистым чувством…Тройное «ха!» романистам…как ни крути, а романтика выветривается из головы также быстро, как и две-три бутылочки саке, потому что, чтобы опьянеть, нужно, как минимум восемь жахнуть…
-Я не против, - тихо произнёс Гинтоки с каким-то странным выражением лица – хе-хе! А его дыхание тоже сбилось! Ну и кто у нас кого возбуждает, а? – но только при условии, что и ты дашь мне немного исправить тебя, - его сильные руки взметнулись на мои бёдра и крепко сжав их, так что аж кожа под его пальцами побелела – ну, блин, если синяков мне понаставишь, завтра в скафандре будешь свои задания выполнять, потому что от засосов, которые я поставлю, живого места не останется – и он, приподнявшись прямо со мной, восседающем на нём, провёл горячим скользким языком по моему торсу, закончив исследование где-то в районе подбородка.
Я звучно выдохнул, потрясённо глядя на него, а он уже вновь рухнул на подушку и теперь самодовольно лыбился в ожидании моего хода. Ну, всё! Доигрался ты у меня, сейчас получишь по полной и потом будешь долго и упорно умолять меня повторить!
Я с едва скрываемым желанием склонился над ним, осыпая кожу в районе ключиц горячими поцелуями и с удовольствием отмечая, что его тело охотно отзывается на мои прикосновения, а руки на автомате обхватили мою шею, чтобы я перестал просто нависать над ним, а, как следует, прижался к покрытому лёгкой испариной телу. Кажется, он хотел меня, даже больше, чем в прошлый раз. Я почувствовал, как мои губы сами собой расползаются в победной усмешке, и так и не стерев её с лица, ухватился за его сосок, потягивая и изредка прикусывая. Второй тоже не остался без внимания – только ублажала его моя рука. Гинтоки хрипло вздыхал, едва сдерживая готовые вырваться наружу стоны наслаждения, он изгибался подо мной так, будто каждое моё прикосновение обжигало его. Чёрт возьми, как же я хочу тебя, белый демон! Хочу, чтобы ты стонал во всю глотку моё имя, чувствуя меня, вколачивающегося в тебя в бешеном темпе, пока твой голос не сорвётся на хрип! Ты сможешь мне такое устроить?
Наигравшись с сосками, я, оставив их влажными, подражая недавним действиям самого Гинтоки, прошёлся языком до низа торса, попутно оставляя красноватые отметины на гладкой коже, и уже там, принялся за ремень его брюк, а потом и за них самих. Руки Сакаты упали на мои плечи, его грудь, блестящая в бледном ночном свете звёзд, проглядывающих в приоткрытый проход в мою комнату, часто вздымалась и опадала, вынуждая его не прекращать часто дышать сквозь приоткрытые губы. Не переставая любоваться Гинтоки, наконец-то находящимся в моей власти, я уже готов был поглотить ртом его член, чтобы заставить его кончить ещё до начала самого интересного, но тут противная мелодия, раздавшаяся от письменного стола, заставила вздрогнуть от неожиданности нас обоих.
После нечленораздельной ругани, я, наконец, смог прорычать более-менее внятное:
-Это горилла!
-Откуда ты знаешь? – недоумённо поинтересовался Гин, с глубоким разочарованием разглядывая заметно увеличившееся расстояние между его нуждающимся во внимании органом и моими губами.
-У него есть дурная привычка звонить, ровно как и появляться в самый неподходящий момент, - буркнул я, сверля взглядом беззащитную трубку, пиликающую на столе. Кажется, та даже как-то сникла от такого красноречиво-обвиняющего взгляда и, по-моему тише звонить стала…Я повернулся к Гину с невысказанным вопросом, пропечатавшимся на лице. Тот, с тенью сожаления в голосе посоветовал всё же ответить – кто знает, что могло произойти…А заодно и смазку прихватить – раз уж я всё равно встал…Нет, ну он нормальный вообще? Откуда у меня ей взяться?! Я что знал, что в парня влюблюсь и, тем более, что буду с ним спать? А он видите ли свой тюбик дома оставил…Можем, конечно, использовать майонез, как альтернативу…а что? Он кремообразный и хорошо скользит…Но мрачный взгляд белого демона подсказывает, что этот мой первый раз сверху грозится стать последним…поэтому, придётся исхитриться на что-нибудь менее…пикантное…Ничего, я уже знаю, как мы и без смазки или майонеза неплохо обойдёмся…Вот только встану и убью эту гориллу прямо по телефону, и мы продолжим начатое… Пришлось оторваться от моего парня и, матеря гориллу на чём свет стоит, взять трубку, чтобы ответить.