Едва услышав вопли, Девора моментально спустилась вниз. Она как раз занималась хозяйством, и на ней была надета простая красная туника. Волосы девушки были перетянуты обычной лентой. Девора не знала, что произошло, и поэтому разволновалась. Кто эти люди? Откуда они?
— Что случилось? — спросила она. — Зачем вы пришли?
Женщина замолчала и посмотрела на Девору. Напрасно она пыталась выглядеть достойно, злость мешала ей взять себя в руки.
— Должно быть, ты та женщина, на которой он женился, — ответила она. — В таком случае мне очень жаль тебя, но ничего не поделаешь… Я пришла, чтобы забрать то, что мне принадлежит. — И она снова принялась голосить: — Спускайся, раб. Бесполезно прятаться, мы нашли тебя!
В этот момент спутник крикливой женщины попытался дать объяснения:
— Мы хозяева раба, который убежал от нас несколько месяцев назад. Теперь мы знаем, что он здесь.
Девора повернулась к нему. Незнакомец имел такой жалкий вид, что его попытка обратить на себя внимание выглядела более чем комично.
— Теперь я, кажется, начинаю понимать… Ты тот самый Состой из Тарса?
— Да, я Состой.
Он уже открыл было рот и собирался добавить что-то, но женщина (по всей видимости его жена) сильным ударом локтя в бок заставила его замолчать.
— Заткнись, — бросила она. — А то тебя снова облапошат. Теперь буду говорить я.
— А тут больше не о чем говорить, — заявила Девора. — Свобода моего мужа была куплена…
— Это вранье! — закричала женщина. — Он убежал. Мы не получили за него ни единой драхмы. Он будет бит плетьми и возвращен нам.
Белая как снег, Девора отступила на несколько шагов, чтобы не попасть под руку женщины, которая жестикулировала словно сумасшедшая.
— У моего мужа имеются все документы, — попыталась возразить она. — И ты что, не знаешь, что он восстановлен в гражданских правах? Как же ты смеешь выдвигать против него такое идиотское обвинение?
— Вранье! Мы ничего не подписывали. Если у тебя и есть какие-то документы, то они липовые. И мы готовы заявить это перед судом.
Тогда Девора обошла Состия, который так и продолжал стоять с открытым ртом и нечего не выражающим взглядом, встала напротив его жены и, прямо глядя ей в глаза, спокойно сказала:
— Я думаю, мы можем урегулировать это дело спокойно. Лука сейчас здесь, в доме. Это он выкупил у вас моего мужа. Ничего, сейчас он выведет вас на чистую воду. Теперь мне все ясно: вас прислал Линий.
Когда Лука вышел во двор, Состой аж скрючился, чего нельзя было сказать о его жене. Она с уверенностью смотрела в лицо свидетеля.
— Я никогда не видела раньше этого старика, — заявила она Деворе. — И вовсе не собираюсь выслушивать вранье, которое вы тут состряпали.
Лука дошел до середины двора и остановился, с безграничной грустью глядя в глаза женщины.
— На какую только низость не способен человек! Хорошенько подумай, женщина, перед тем как настаивать на своих обвинениях.
— Не смотри на меня, старик, не смотри! — закричала жена Состия. — Я не знаю тебя! Я никогда тебя не видела!
Как это уже было не раз, глаза Луки слегка остекленели. А когда он заговорил, то голос, казалось, исходил из самого сердца. Будто кто-то свыше говорил его устами.
— Вот ты сейчас стоишь передо мной и думаешь: «Тогда он приходил ночью. Этот непреклонный старик с таким мягким голосом… Но было темно, и никто его больше не видел. Мы ничем не рискуем, утверждая, что не знаем его». И еще ты думаешь: «У нас вид бедных людей, и наши соседи подтвердят, что у нас нет средств на покупку нового раба».
От удивления у женщины отвалилась челюсть. В первый момент она даже не могла сообразить, что ответить.
Девора спросила Луку:
— Разве они не получили денег от Джабеза?
Женщина хмыкнула:
— Если бы мы его действительно продали, то неужели ты считаешь, что не осталось бы никаких доказательств?
— Да, они действительно отказались от услуг Джабеза. Мне пришлось самому идти за золотом. Ни о чем ином женщина и слушать не хотела.
— Суд не будет колебаться ни секунды, когда придется выбирать, кому поверить. Беглому рабу с христианином или нам.
Женщина победоносно взглянула на них.
После небольшой паузы Лука заговорил вновь. При этом он смотрел прямо в глаза жене Состия.
— Хитрюга! Как раз сейчас ты думаешь о том, как хорошо, что мы не знаем, что ты купила землю. Нет, не ту ферму, которую ты тогда собиралась приобрести, а другую, поменьше и поближе к стенам города. Там у тебя есть сторож. Несчастный хромой малый по имени Манитлес. За работу ты платишь ему нищенские деньги. Но вот что интересно: ты купила эту ферму на следующий день после того как вы продали Василия. Больше того, ты заплатила за нее ровно столько, сколько дал тебе я.