Рейгард со своей трусостью забыл, что лучшая оборона это нападение. И пора вызвать ко мне Лютого. Раз Рейгард не повелся на звание лидера «Серебряной команды» — пора его отобрать. И я знаю, как это сделать.
Жаль Илир уже убежал. Можно было бы сделать все куда эффектнее. Но и без этого справлюсь.
— Полк боевое построение! — Заорал я в сторону своих позиций да так что со стен посыпалась пыль и пошло гулять эхо.
Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой,
С фашистской силой темною — с проклятою ордой,
Пусть ярость благородная вскипает как волна,
Идет война народная — священная война,
Пусть ярость благородная вскипает как волна,
Идет война народная — священная война,
Дадим отпор душителям всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям, мучителям людей.
Пусть ярость благородная вскипает как волна,
Идет война народная- священная война,
Не смеют крылья черные над Родиной летать.
Орал я немилосердно и немелодично. Но эта песня мне запомнилась не тем, что пели ее с эстрады. Ее пел один паренек себе под нос в моем взводе. И он пронес ее через поколения. Семья военных. И парень был отличный. Жаль те, кто излишне ретиво спасают других, слишком часто гибнут первыми. Но может это и есть ответ на вопрос как убить Смерть? Жить даже после нее?
У аборигенов зрения почти нет, так что остальные органы гораздо чувствительнее и музыка Илира для них стала чем-то неземным, как и некоторые запахи и вкусы. Но именно музыка их поразила в самое сердце и пусть они мало в ней разбирались. Ритм и эмоции они чувствовали лучше, чем боги.
Я просто шел и пел, а за мной землю били шаги и древка копий. Они отбивали ритм не хуже оркестра, да и сами аборигены мелодично и грозно урчали. Они уже по самому стилю исполнения все поняли. И были готовы защитить себя и своих близких. Даже ценой своей жизни. И чем ближе я подходил к Штабу, тем сильнее слышался грохот ног и копий.
Я не торопился, так что основные фигуры нашей общины уже были тут.
— Пришла пора выступать! — Коротко обронил я.
На их лицах я видел сотни вопросов, возражений предложений. Выслушивать я их не стал. Просто заорал что есть глотки в сторону проходов и боксов. И в ответ принесся рев тысячи глоток. Мужских, женских, детских. Они лучше нас понимали, что их убивают. Ведь у нас за плечами еще несколько жизней и воскрешений. А у них всего одна и они отдают ее друг за друга.
— Мы готовы! — Улыбнулся я.
Внимание! Получен третий ранг Бога Войны. Количество маны повышено на 300 %. Сила заклинаний увеличена на 30 %. Откат уменьшен на 30 %.
Я снова заорал победный клич гориллы, но уже в обратную сторону и в ответ донесся рев моего народа.
Внимание! Получен пятый ранг Бога войны…
П#@#ц тебе, Рейгард! Не недооценивай тех, кто ниже тебя! Пока… ведь однажды они сменят нас.
Глава 21
Штабом нам служил второй бокс от нижнего выхода био-фермы. Там расчистили все четыре прохода, так чтобы было несколько вариантов отхода в разные стороны. В одном углу поставили стол совещаний с десятком кресел, картами на пергаменте и ноутбуком колонистов. Сейчас всем этим хозяйством заведовали Майс и Шила. Чуть в стороне у наковальни трудились Айда и Торн, а так же все, кто был к ней привязан, если не имели других задач на передовой. Через Штаб происходило движение ресурсов для обороны, так что все было под контролем главных лиц команды.
Потому уже все привыкли, что в случае непонятных ситуаций нужно искать ответы или советы именно здесь. Сейчас все боги моей команды стекались сюда, как и большая часть аборигенов-сержантов, что понимали нашу речь. Они тоже привыкли, что здесь раздают задания и решают все важные вопросы. Эти ребята меня все больше радовали своими способностями к обучению и общим настроем. Армейский порядок они приняли без всякого скрипа и даже получали некое удовольствие от всего этого. Прежде медленная, рутинная и скучная жизнь вдруг значительно ускорилась и обрела объем и смысл. Они стали чем-то большим, чем были ранее и радовались этому как дети.