Весь согнувшись, обхватив рукой рёбра, этот бедолага заковылял к свободе. Он, кажется, даже застонал сквозь зубы. Перебраться ему никак не удавалось.
Руди тем временем в который раз небес достиг — помер, что ли? Скорее всего, нет, поскольку стражники за дверью захохотали и засвистели. А вот Хитринка на месте этой Кэт уж точно прибила бы такого гостя, который её обокрал и что-то там вытоптал, а к рассвету ещё и устал, поскольку трудиться так отвык. Хорош труд!
Прохвост забрался внутрь, подсадил этого бедолагу, и тот свалился вниз, как куль. Хитринка, как могла, пыталась его удержать, но пленник был в два раза шире неё в плечах и во столько же раз тяжелее. Он придавил её, и, похоже, собрался помереть в этот самый момент. Голос Каверзы глухо доносился издалека, и Хитринка могла лишь надеяться, что песня заглушила звук падения и короткий стон.
К счастью, Прохвост сумел приподнять и даже удержать на ногах этого человека. Они медленно побрели прочь. Хитринка заметалась, не зная, идти с ними или пока остаться. Решила задержаться, ведь те двое едва шли, нагнать их не составило бы труда.
Руди как раз сожалел о том, что погашен был ночник и не узрел он девы лик, ведь он не в то окно проник — всё случай виноват, шутник — а вёл тот путь к бабуле Кэт, которой уж сто лет в обед, и он бежал — летели вслед вставные зубы и парик.
Впрочем, бабуля осталась огорчена лишь тем, что гость рано её покинул, хотя и похитил, вдобавок к остальным прегрешениям, ещё и какую-то честь. А вот Руди с тех пор, утратив пыл, навек отвык — тут Каверза сделала паузу — в чужие окна лезть.
Сама она при этом как раз выбиралась из окна ногами вперёд, а на последнем слове осторожно прикрыла створки и заперла их.
Хитринка заметила, что Каверза переменила наряд на мужской, тёмный и порядком заношенный. Хотя она и в юбках довольно ловко пробиралась по макушкам домов и движущимся вагонам, но сейчас отчего-то переоделась. Но даже такой её вид, со встрёпанными волосами, со ссадинами на лице, неясно почему рождал у Хитринки зависть.
Стражники за дверью взревели. Кто-то хохотал от души, а кто-то — видно, тот самый Руди, не ожидавший подобного финала — пообещал пересчитать певунье все зубы. И судя по разбитым губам Каверзы, ей уже доводилось петь что-то не по вкусу этим людям.
Хитринка услышала, как резко отпирается дверь, а вслед за этим раздались изумлённые, растерянные крики. В это время Каверза тащила её прочь, но не туда, куда ушёл Прохвост, а за следующий дом. Там, к удивлению Хитринки, спутница её порывисто обняла.
— Рада тебя видеть, — прошептала она, растягивая израненные губы в неизменной улыбке. Хитринке даже больно стало от такого зрелища.
Впрочем, тут же взгляд Каверзы изменился, стал жёстким.
— Стоять нельзя, — сказала она, оглядываясь.
Крыша ближайшего дома, покрытая дранкой, была достаточно низкой. Каверза в два счёта забралась наверх, поставив ногу на перила крыльца и подтянувшись. Затем помогла своей спутнице.
— С нами Карл ещё, — прошептала Хитринка, укладываясь на живот дальше от края. — Его заперли где-то. С волком.
— Ах, звери, — прошипела Каверза.
Ноздри её раздувались. Сама точно дикий зверь, она напряглась, вся превратившись в слух, ловя шаги и оклики стражников. И вдруг неожиданно раздался голос, её голос, Каверзы, только совершенно с другой стороны:
— Пробрался Руди-озорник
в окно к лукавой Кэт…
— Что ещё за чудеса? — подняла бровь Каверза. — Что это, как? Пресвятая Хранительница!.. ах, проклятье, да плевать, не о том думаю.
Почти все стражники поспешили на голос, но двое ещё крутились неподалёку. Каждый держал ружьё наготове. Они разделились, и пока один ушёл к центру посёлка, второй, осматриваясь, двинулся вдоль того самого дома, на крыше которого затаились беглянки.
Неподалёку от него что-то упало. Хитринка не сразу сообразила, что это пласт дранки, брошенный меткой рукой. Стражник тут же засуетился, завертелся, пытаясь понять, откуда раздался шум.
И когда он подошёл ближе к дому, держась спиной к стене, думая, видимо, что так он лучше защищён, Каверза прыгнула сверху. Хитринка только и могла, что следить круглыми глазами, этой выходки она не ожидала.
Человек упал лицом вниз, и Каверза скатилась с него, но когда она встала, ружьё было уже в её руках. А дальше — один короткий выстрел, и стражник, так и не успев толком подняться, вновь упал, раскинув руки. И больше не пошевелился.