Король вздохнул: ведь непростое это всё-таки дело – править государством. Ох, непростое. А он устал. Он и так тянул эту лямку уже пятнадцать лет. Надоело. Право слово, надоело. Ни минуты покоя, сам себе не принадлежишь. Знал бы, как это хлопотно и докучливо, так может и не соглашался пятнадцать лет назад принимать престол, пусть бы выкручивались тогда без него.
Отречься, что ли? Так не на кого же страну оставить! Право слово, не на кого. Вот разве что на Эльриха – единственный достойный человек, к тому же ума недюжинного – не раз давал ему дельные советы. И хоть порой они были дерзки и неожиданны, и полностью полярны мнению Верховного Собрания, но какими же поразительными были результаты! Этой самовлюблённой, раздувающейся от гордости аристократии ещё следовало бы поучиться у его тайного советника, как вести дела. Король довольно хмыкнул. Вот была бы потеха, когда бы над всеми этими герцогами и князьями, лоснящимся от самодовольства дворянством и поднимающей голову буржуазией встал бы простолюдин, подкидыш без роду и племени.
Вот и сейчас Эльрих подсказал ему верный ход. А ведь и правда, пора возобновить «приёмы справедливости», как он их называл. Вдруг эта прекрасная графиня ждёт легальной возможности к нему обратиться, оказавшись, тем не менее, вне всяческих подозрений в низменных намерениях.
«Интересно», – вдруг подумалось королю, – « Получила ли ясноглазая дама лунный подарок? И каков он на вид?»
– Марго, дорогая, какой же тебе презент пожаловала таинственная Селена? – вопрошала графиню Ликовскую хозяйка дома. – Марго! – Елизавета Гордеевна аккуратно тронула молодую даму за руку, невольно проследив её взгляд – графиня смотрела в сторону занавеси, за которой скрывался король! Баронесса тихо ахнула – раскрытие сией тайны не предвещало ничего доброго. – Марго, прошу тебя…
Маргарита Львовна оторвалась от созерцания чёрного бархата и повернулась к подругам – глаза её сияли не менее сказочного цветка, явившего из своей сердцевины оракула.
– Я видела его! – торжествующе сообщила она баронессе.
– Тсс… – непроизвольно вырвалось у Архиповой. Взмахом ресниц баронесса указала на Генриэтту, увлечённо разглядывающую какую-то безделицу, совершенно чудеснейшим образом оказавшуюся у неё вдруг в руках.
Но молодая дама услышала краем уха перешёптывания светских львиц.
– Кого ты видела, Марго? О чём вы, дорогие мои, скрытничаете? – любопытство оторвало её от мерцающего лунного камня в форме цветка.
– О презенте, конечно! – нашлась баронесса. – Всем известно, что женское любопытство неистребимо, – её улыбка играла лукавством. – Вот и меня замучила мысль, каких презентов удостоились мои визави? Достойны ли они моих прекрасных подруг?
Генриэтта, польщённая скрытой похвалой, зарделась от удовольствия. Госпожа Ликовская усмехнулась уголком рта и протянула к дамам руку – поверх тёмной кружевной перчатки красовался великолепный наборной браслет из крупных бусин лунного камня, каждая из которых был величиною более лесного ореха.
– Ах, какая прелесть! – совершенно искренне восхитилась баронесса. – Марго, дорогая, могущественная Селена послала тебе самоё себя. Взгляни – твоё запястье окружают маленькие луны.
Презент свой лунный береги! –
Из чёрной вытянет тоски,
От сил недобрых сбережёт
И из беды тебя спасёт!
Певуче вещал звёздный оракул в хрустальном звоне Мистической ночи.
– А что мой сюрприз означает, как вы полагаете? – Генриэтта Домбровски продемонстрировала на раскрытой ладони свою находку.