Публика ахнула и в восторге разразились аплодисментами. Множественные возгласы «Браво! Брависсимо!» огласили театрализованный салон. Глаза приглашённых гостей в прорезях масок горели не менее звёздного фейерверка иллюмината. Флейта пела, звёзды сверкали в причудливо складывающихся узорах по воле Великого Мистика, а светское общество зачарованно наблюдало мистерию.
Вот заокеанский волшебник будто потянул за серебряные нити с нанизанными на них ослепительными осколками и они послушно свились в бело-голубой шар из призрачного зеркального крошева. Чародей покрутил его в руках и мягким катом запустил в сторону публики. Высоко над головами приглашённых гостей катился наколдованный шар по невидимой дорожке, освещая тёмное пространство льдистыми всполохами, на ходу осыпая всех присутствующих своими невесомыми осколками. Зрители, к своему удивлению, тут же будто покрывались сверкающей алмазной пылью. В их рядах раздались возгласы радости и восхищения, ведь это такая прелесть – сверкать мириадами звёзд. Тут же начинаешь чувствовать себя редкой, изысканной драгоценностью. Во всяком случае, присутствующие здесь дамы пребывали именно в таковом убеждении.
Эльрих с интересом наблюдал за новыми чудесами Великого Мистика, не переставая при этом скептически хмыкать. Доверия к ворожбиту не прибавилось ни на унцию. Выдумки его выглядели, безусловно, эффектно и свежо даже для столичной знати, но Тайный советник упорно не хотел признавать ни таланта мистификатора, ни необъяснимого влияния Мистической ночи. В то время, как большинство зрителей в восхищении оглядывало самих себя и других гостей в сверкании звёздной пыли, он следил, куда же на самом деле движется созданный иллюминатом шар.
«Он будто имеет своё назначенное направление», – в раздумьи покачал головой Тайный советник. – « Но как же – ведь у него нет разума?»
А волшебная бликующая сфера по высокой дуге миновала пространство зрительских рядов и зависла подле стены со стороны входа. И вдруг рассыпалась, преображаясь в … сверкающий звёздами женский силуэт с чуть наклонённой вперёд головой и приподнятыми руками, как взметнувшимися крыльями.
«Будто птица приземлилась», – невольно пришло на ум Эльриху. – «Святое небо! Ещё один звёздный человек появился. Только дама», – не верил своим глазам ошеломлённый Умпраза.
Он сморгнул, затем протёр глаза, думая, что это ему всё мерещится, что иллюзия сей же миг рассеется. Но нет – на фоне тёмных настенных драпировок стояла, облитая серебряным светом статная женская фигура. Она не была похожа ни на кого. Не искрились на её одеянии мистические брызги, нет. Она сама вся сияла, как невероятный слиток серебра в тёмном бархате ночи. Величественная осанка её, гордая посадка головы, чувство собственного достоинства просто приковали внимание номинального герцога.
– Это невозможно, – прошептали его уста. – Немыслимая красота и величие, – восхищённо выдохнул он.
– В самом деле! – поддержал его негодующим шёпотом Климентий. – Как так – плебс одаривает, а государя позабыл?! Очень разделяю твоё возмущение, Эльрих!
Умпраза досадливо покосился на монарха.
– Вы видите ЭТО, Ваше Величество?
– Да как не видать-то! Конечно вижу! Эко сверкает, только слепой не увидит! Все люди украшены, окромя меня, – огорчился монарх. – Недостало для Нас брильянтовой пыли…
Но Тайный советник уже не слышал своего расстроенного господина. Он с удивлением понял, что чудесное видение способен узреть лишь он, только он и никто более. И это наполнило его неизъяснимым восторгом. Эльрих вновь припал взглядом к светящейся фигуре у дальней стены.
Он смотрел и не мог насмотреться. Не мог отвесть от неё глаз. И что-то давно забытое, а сейчас узнаваемое забилось в его груди, загорелось в сердце. И сам того не сознавая, он потянулся к ней всею своею сутью, всей своей раскрывающейся душой.