Гордая посадка головы, величавая осанка, дорогой элегантный туалет, в который была облачена незнакомка, наполнили герцога едва уловимыми воспоминаниями. Он замер, нахмурился, опустил глаза, сосредоточенно переворачивая пласты памяти. Смутная догадка молнией сверкнула в его мозгу. И господин Габрон решительно шагнул в сторону знакомой незнакомки.
***
– О! Какая неожиданная встреча! Но от этого не менее приятная, – когда хотел, господин министр мог быть совершенно очаровательным. – Позвольте поприветствовать Вас в нашей гостеприимной Литавии! – густой бас звучал вкрадчиво, но с достоинством, как и подобает обладателю высокой должности и сана.
Однако величавая особа совершенно не замечала подступающего к ней гиганта. Увлечённо внимая россказням молодого хлыща, рассыпающегося пред ней в любезностях, удивительная дама развернулась к тому лицом и оказалась спиной к главному министру, одному из первых лиц государства! Это было возмутительно! Но… господин министр только хмыкнул – когда это его останавливало?..
– Рад! Очень рад! – герцог встал прямо перед дамой, заслоняя своей могучей фигурой обзор гостиной. – Позвольте поприветствовать Вас, как должно, госпожа, – он протянул раскрытую ладонь, дабы заполучить ручку дамы для приветственного светского поцелуя, и теперь не заметить его было невозможно.
Эльрих Умпраза чуть не выпрыгнул прямо из занавесей, видя такую наглость ненавистного Габрона. Мало того, что тот самым бесстыдным образом навязывал своё общество, так ещё и тянул свои лапы к его прекрасной, сияющей ранее даме, теперь тускло мерцавшей в ночи драгоценным слитком старинного серебра.
«Вот встречаются люди, от которых и сам невольно загораешься лучезарною звездой. Но есть и такие, подле которых и серебру не радостно сиять», – пришло в голову тайному советнику, в бессильной ярости наблюдающего манёвры главного министра.
– Я же не ошибся – Вы есть Высокородная…
«Ну же, Савелий!» – мысленно взывал Эльрих к своему верному товарищу. И верный друг его не оплошал.
– Позвольте, господин хороший, – совершенно бесцеремонно перебил государственное лицо разряженный в пух и прах юнец, и ловко оттёр от гостьи превосходящего его в массе и росте соперника. – Смею заметить, что раут сей – тайный, со всеми правилами и секретами маскерада. Оттого настоятельно прошу не компроментировать присутствующих оглашением каких либо имён и титулов. Здесь все сохраняют инкогнито, извольте уважать выбор гостей, – твёрдо заявил министру молодой щёголь с выправкой военного, загораживая даму и едва не касаясь плечом герцога. – К тому же, мы с прекрасной госпожой ведём беседу, и весьма невежливо прерывать её незваным, нежеланным здесь гостям, – в синих глазах заиграла насмешка.
Габрон взъярился – ему только что сделал настоящую выволочку этот дерзкий мальчишка! Да ещё и при знатной даме! Да к тому же, он-то откуда знать может про незванность его на сей вечер?! Ему ли об этом рассуждать!
– Отступись, щень лягавая! – то, что этот молодчик приставлен тайным советником, герцог ни мгновенья не сомневался. – Не тебе меня манерам светским учить! Аль не видишь, кто перед тобой? – надвигался он на юношу грозной горой.
– Отчего же, отлично вижу, господин наглец! Зря стараетесь – вашей лживой улыбки под маской не видать. А вот взгляд зверя изменить не дано.
– Ты у меня вторым будешь на виселице болтаться. После своего хозяина, Умпразы, – едва сдерживая себя, прошипел Габрон.
– А вот это вряд ли, не тешьте себя напрасною надеждой. Право очерёдности на столь почётное место принадлежит изменникам и казнокрадам. И оно давно заждалось Вас, господин министр, – не отступив ни на пядь, с презрительным прищуром соперник усмехался ему прямо в лицо.