Когда де Лаплюм и Хасан выходят из дома, дворики, подворотни, крытые галереи заполнены людьми. Посол объясняет своему другу, что почти каждый вечер толпы римлян переходят от одного дворца к другому, чтобы приветствовать императора и его свиту, радуясь неожиданному карнавалу.
Карл, решив быть любезным и галантным, посетил маркизу дель Васто и других светских дам. Но поскольку он не может посетить всех, то обычно отвечает на многочисленные приглашения, посылая туда своих представителей. Однако хозяйки дома, несмотря на предупреждение, всякий раз надеются, а вдруг к ним приедет сам император. Тратя баснословные суммы, они устраивают балы в соответствии со своими вкусами и возможностями, закатывают изысканные обеды и ужины, на которых какое-нибудь новое блюдо, сервировка стола и горы экзотических фруктов приравниваются к делам государственной важности.
— Неужели он не придет? — спрашивают сникшие дамы у представителей императора, когда становится уже совершенно очевидно, что надеяться больше не на что. И те в своих извинениях дают понять, как ревностно соблюдает император все религиозные обеты и посты, сколь отягощен заботами о своей гигантской империи.
На этот раз император прибыл заранее, без гарольдов и без кортежа, чтобы провести какое-то время в беседе со своей кузиной и ее супругом.
Беседа проходит на верхнем этаже, в кабинете для аудиенций, где вскоре начнется церемония представлений, чествований и встреч с гостями, тщательно отобранными по степени их родовитости и богатства, по положению в обществе, а также в соответствии с интересами его императорского величества.
Предусмотрена и личная беседа Карла Габсбургского с послом Франции и сопровождающим его другом банкиром. Потому что чем больше Карл ненавидит своего зятя Франциска, который платит ему той же монетой, с тем большим рвением оба стараются поддерживать видимость официальных отношений при своих дворах, обмениваясь взаимными любезностями и многочисленными реверансами.
Жан-Пьер незаметно для окружающих сообщает Хасану имена приглашенных и некоторые сведения о них, представляет его тем, с кем тот желает познакомиться, болтает со светскими и духовными лицами, плетет о Хасане какие-то небылицы вперемешку с правдой. Веселая и возбужденная толпа гостей развлекается в нижних этажах дворца, слушает музыку и наблюдает за выступлениями жонглеров в ожидании, когда откроются двери зала для приемов и церемониймейстер начнет выкликать имена избранных, приглашая их подняться на верхний этаж для аудиенции с императором.
— Имейте терпение, расслабьтесь, — говорит Жан-Пьер своему другу банкиру, приехавшему из Франции, — скоро и нас пригласят наверх. Посмотрите вокруг, тут есть на что обратить внимание.
Прежде всего в глаза бросается роскошь. Хасан не знаком с итальянской модой, но он отмечает изящный рисунок шитья на нарядах, игру драгоценных камней.
— У них еще не было времени попросить у вас ссуду, — говорит Жан-Пьер, увлекая Хасана во второй дворик, — но подождите немного, и вы поймете, какой они испытывают денежный голод. На эти пасхальные праздники из-за приезда императора многие из тех, кого вы здесь видите, потратили свой доход за два года. Видите наконечники шнурков на рукавах у дам? Это самая настоящая борьба не на жизнь, а на смерть для тех из них, у кого они из жемчуга и драгоценных камней. Тоже относится и к мужчинам, достаточно взглянуть на золотое и серебряное шитье на их плащах или на пуговицы из драгоценных камней на колетах. Но вы меня совсем не слушаете? Вы уже забыли, что я должен запоминать все подробности, чтобы потом дать полноценный отчет моей Женевьеве? Я вижу, вас не интересуют наряды и даже золото. Тогда посмотрите на это железное приспособление. Это самый красивый и самый старинный в городе печатный станок для латинских текстов. Его установили два ученика Фауста. О, надо спешить, нас зовут, хотя нам предстоит несколько длительных остановок: одна у лестницы, вторая наверху, а затем в большом зале.