- Секретные формулы, - хихикнула блондинка, - и схемы новых карбюраторов для подводных лодок. Наверно, он думает, папочка, что тебя интересует все такое...
- Помолчи, мамочка, - ласково прервал ее полковник Джим. - С этим человеком у нас деловой разговор. - Он посмотрел на Тарранта и продолжил: Я лучше расскажу вам о своем деле. - Он открыл шкатулку с сигарами на столе и предложил: - Не желаете?
- Нет, спасибо, - сухо отозвался Таррант.
Полковник Джим взял себе сигару, зажег и уставился на рдеющий кончик.
- Мой бизнес - шантаж. И скажу прямо, я и шантаж - это то же самое, что Форд и автомобили. Позвольте задать вам вопрос, мистер Таррант, где в наши дни, по-вашему, находятся деньги? Большие, свободные от налогов деньжищи?
- Наверно, вам лучше знать, - отозвался Таррант.
- В мире организованной преступности, мистер Таррант. Но там жуткая конкуренция. Наркотики, проститутки, валюта, золото, драгоценности - нужно бороться и с полицией, и со своими же собратьями. Иное дело шантаж. - Он подался вперед и ткнул сигарой в невидимого конкурента. - Шантаж - это единственный вид преступной деятельности, где проигрывающая сторона сотрудничает с победителями. Верно я говорю? И полиция им, как и нам, все равно что кость в горле. Верно?
- Верно, папочка, - отозвалась супруга. Она помахала перед его носом рукой с растопыренными пальцами и спросила: - Ну, как тебе цвет?
- Очень тебе идет, мамочка. Прелесть. Я люблю кроваво-красные ноготки. Вы что-нибудь смыслите в этом деле, мистер Таррант?
Таррант подавил ощущение призрачности происходящего и ответил:
- Не очень, если честно. Но больше, чем вы, если вы всерьез видите во мне выгодного клиента.
Полковник Джим хмыкнул, и в его черных глазах появились зловещие огоньки.
- Вы не клиент, мистер Таррант. Вы скорее плодородная почва. Вы поставщик или, если угодно, источник ценного сырья, которое, будучи правильно обработанным, может принести приличную прибыль. В нашем деле очень нужны исходные материалы. Там, в Штатах, я имею долю в шести престижных частных лечебницах. Все абсолютно законно. Только у меня есть доступ к историям болезни, ясно? У многих бывают нервные срывы, у многих случаются проблемы на почве секса, алкоголя и все такое прочее. Мы им помогаем. С помощью глубинного анализа, современных лекарств и прочих штучек. Чтобы выяснить, что же им мешает жить. Ну, понимаете, что я имею в виду, мистер Таррант?
- Насколько я могу себе представить, многое из того, что вы узнаете, произнес Таррант со сдержанной неприязнью, - позволяет вам успешно проводить ваши преступные вымогательства.
- Сущая правда. Теперь я переехал в Европу и хочу развернуться здесь. Мне нужны новые источники информации. Я не могу работать как в Америке. Местные власти не дают мне открыть лечебницу. То же самое в Испании, Португалии, Германии и в чертовом Соединенном Королевстве.
- Они сказали, что мы иностранцы, - недовольно протянула его супруга. Они просто спятили, папочка. Это мы-то иностранцы?
- Ну, если посмотреть на это под их углом, то мы, пожалуй, действительно для них иностранцы, мамочка, - примирительно сказал полковник Джим. Обернувшись к Тарранту, он продолжил: - Итак, вам теперь должно быть все ясно. Мы начнем с Англии, а стало быть, вы должны будете поставить нам необходимое сырье.
- Не совсем вас понял, - солгал Таррант.
- Я попросил эксперта оценить досье, которые проходят через вас лично. Выходит, что вы получаете много всякого компромата. А потому, если хорошенько поднапряжетесь, то вспомните пятьдесят-шестьдесят фамилий, которые мне очень даже пригодятся.
- Это абсурд...
- Человек в вашем положении, на самой верхушке, должен обладать хорошей памятью, мистер Таррант. Он должен представлять себе общую картину. Вы видите одну мелочь тут, другую там, потом у вас в голове что-то щелкает, вы вспоминаете, что когда-то читали еще кое о чем в этом роде, и посылаете ваших ребят проверить. Верно? Так вот, это нам и нужно. Вы вспомните весь компромат, а также имена - и нам расскажете. - Полковник Джим снова улыбнулся до ушей. - И совесть у вас будет чиста. Потому как мне не нужны государственные секреты - про бомбы и торпеды. Только компромат. Грязь.
Таррант попытался что-то сказать, но полковник Джим поднял руку:
- Еще одно. Очень богатый клиент - это хорошо, но мы не брезгуем и рыбешкой поменьше. Мы ведь как поступаем - сначала просчитываем возможности клиента, потом начинаем оказывать давление, но не так, чтобы брызнули семечки. - Он сделал движение, словно сжимал в руке апельсин. - Мы останавливаемся задолго до красной черты. И за это клиент платит нам установленную сумму. Регулярно. И еще говорит спасибо за проявленное понимание.
- Регулярно? Они соглашаются платить?
- Девяносто восемь процентов. На сегодняшний момент. Только трое клиентов остались недовольны условиями и обратились в полицию. Но все полицейские расследования неминуемо замыкаются на нашем агентстве, получающем деньги. И мы сразу узнаем о неприятностях... Тогда за дело берется мистер Секстон.
- Он предает огласке компромат?
- Он убивает недовольных. Причем так, что со стороны это похоже на несчастный случай. Тут он собаку съел. Да вы, наверно, уже и сами убедились.
- Но ведь ваше агентство могут вычислить...
- Оно за границей. И не так-то легко под него подкопаться. Кроме того, у нас есть неплохой метод защиты. К примеру, ФБР или Интерпол начинают разнюхивать, наводить справки. Наш агент удивляется: о чем вы говорите?! Он вспоминает, что действительно некий клиент в течение определенного времени вносил определенные суммы в благотворительный фонд. Значит, теперь этот тип передумал и хочет забрать деньги обратно? Он рассказывает какие-то безумные истории? Ну, что ж, вот чек на его деньги. Пусть забирает. И мы отказываемся впредь иметь дело с этим человеком...
Полковник Джим махнул рукой, потом опять осклабился.
- Но пока суд да дело, этот клиент отдает Богу душу. Так? И полицейские начинают думать, а не пытался ли им заморочить голову какой-нибудь псих. Какой шантажист пожелает расстаться с деньгами? Какой шантажист не обольет грязью заупрямившегося клиента? - Он затянулся сигарой и рассудительно покачал головой. - Полицейских легко сбить с толку. Конечно, если бы такое случилось раз десять-пятнадцать, они всерьез заинтересовались бы. Но подобного я не допускаю. Я неплохо провожу маркетинг и назначаю разумные цены, посильные для клиентов.