- Ты оставил деньги, когда уходил. Забери. – Он замер, потом ответил:
- Я тебе оставил за причиненные неудобства.
- Чаевые оставляют в гостиницах, а не у друзей. Тебе пригодится купить недостающий компонент.
- Не возьму, я же сказал, что оставил тебе. – Мой рот растянулся в злую гримасу:
- Подачками никогда не жила и жить не собираюсь. Зарабатываю, хвала небесам. Забирай, хочу твоего ученика на спарринге проверить. – У него расширились глаза. Потом сказал:
- Он пришел недавно. Я пойду на спарринг вместо него.
- Хорошо. Но он мне даст свои мечи на этот поединок. – Потом повернулась к парню. – Согласен?
Учащиеся, собравшиеся уходить, остановились, стали шептаться и рассаживаться по скамейкам. Еще бы, такое зрелище! Я кинула сумку, достала эластичные бинты и перемотала ими обе руки, чтобы исключить травмы. Влад, так звали парня, протянул мне парные мечи с перевязью, я одела, подогнала так, чтобы вынимались легким движением. Подали длинный меч.
Зал замер. Нэран вышел в круг. Напротив него в позицию стала я. Он сделал жест, приглашающий к поединку. Что ж! Вызвала я, мне нападать. Я стала делать бестолковые выпады, чтобы узнать его стиль. Потом, когда Нэран перешел в наступление, открыла свое истинное лицо. Каждый жест, движение стало четким, полным. По лицу его я поняла, что я неслабый противник. Танец стали и огней, молний и змей, ускользающий шаг, ложный выпад, отражение и нападение. Он выбил длинный меч под восторженный рев учеников. Я усмехнулась, облизнула губы. Секунда и оба меча в моих руках. Нэран отбрасывает длинный меч, выхватывает свои короткие мечи. Танец продолжается. Я устала, но не поддаюсь. Отбрасываю атаки, ускользаю от прямых ударов, нападаю в слабых позициях. Да, Нэран силен, весьма силен. Охрана вместе с учениками заворожено смотрит за нашим спаррингом. Остановился он неприятно – вбежала Софья Павловна и стала верещать. Я отскочила, скрестила мечи и поклонилась. Подала мечи Владу, поблагодарила, подняла сумку. А Софья все что-то там верещала. Я не выдержала, выходя из зала, не поворачиваясь, спросила во всеуслышание:
- Нэран, неужели ты мог променять меня на эту верещащую дуру, у которой мозгов, как у курицы? Она же баньши и голосом, и рожей. - Ученики заржали. Я захлопнула дверь и пошла к парку.
Была разозлена на себя страшно. Никогда до этого я не опускалась, чтобы обзывать кого-то, но сегодня не выдержала. Я долго сидела в парке на отдаленной скамейке. Потом поплелась домой, зашла в круглосуточный магазин и купила бутылку вина. Дома опять вымылась, включила клипы, налила вино и стала тянуть понемногу. Выпила бокал, закупорила бутылку и легла спать. Заснула, как убитая.
17
Но ночью меня как будто кто-то толкнул, я проснулась. Включила свет, обошла квартиру – никого. Легла и опять кто-то у кровати. Я напряглась и попыталась схватить, но рука прошла насквозь. Чертовщина. Нельзя поймать – можно договориться. Догадываюсь, от кого подарочек прибыл. Как только это нечто появилось, я спросила:
- Кто ты и что тебе нужно? – это нечто отошло. – Ты меня не испугаешь, я знаю, кто тебя послал. Ответь, что тебе нужно. – Голос этого некого шелестел, подобно бумаге на ветру:
- Мне приказано не давать тебе покоя, тревожить, в наказание. – Я рассмеялась:
- Ну и дурак твой хозяин, передавай привет от меня. Скажи, что я сплю крепко, не просыпаюсь. А если будет доставать, убегу в белый дом, тогда он и своей «Книгой мертвых» меня оттуда не достанет, скажи, что мне там давно уже комнату приготовили. – Посмеиваясь, отвернулась и заснула. Пусть толкает, щупает, а придушит, того лучше. Больше мой сон никто не потревожил.
В воскресное утро начала с гимнастики, потом разминалась легкой пробежкой. Дома под душем освежилась, попила кофе, позвонила Томе, напросилась в гости. Моя подруга встретила как всегда радушно, когда Костик отошел, шепнула, что она поймала рыбку. Я обрадовалась за нее. У самой детей нет, так хоть другие пусть рожают. Я также шепотом спросила, как на это отреагировал Костик. Тома довольно улыбнулась и показала «во!». Они детей любят, так что в отличие от других семей, появление еще одного малыша точно будет в радость. Потом долго пили чай, болтали, хохотали, лепили пельмени, варили, ели и опять пили чай, болтали. Я отдыхала душой в этой семье, а когда ехала домой, задавалась вопросом, а будет ли у меня своя семья? И какая она будет? Мда, вопросы без ответа.