О, как все удачно складывается! Драуру срочно может понадобиться энергия – а она ему понадобится, поскольку он только что сражался с какой-то магической сущностью и здорово потратил свои запасы. Но мальчишку трогать нельзя, а девчонка… девчонка окажется уже кем-то «выпитой». Что тогда делает драур? Правильно, внезапно рассвирепеет и попытается прикончить ее! Опля! Все довольны!
_Да,_дорогая,_но_как_ты_лишишь_полукровку_ее_энергии?_Ты_определила_глубин у_ее_резервуара?_
_Предоставь_это_мне,_отец._А_ты_сам_будь_готов_«включить»_Фро_строго_по_мо ему_сигналу!_
Произнеся это, волшебница не могла отказать себе в маленькой мести – теперь пусть ее отец побудет мальчиком на побегушках.
– Э-э… человек?
Тара остановилась. Уже несколько дней она прожила во дворце, но впервые к ней обращались именно так.
– Ну да, я человек. Дальше что?
Видящая целительница подошла ближе:
– Ты должна идти за мной.
– Зачем? У меня дела. – Девушка крепче прижала к себе кулек с бутербродами. Колбасу Карадор поглощал в неимоверных количествах, перекусывая по три-четыре раза между обычными приемами пищи. И часть работы Тары как помощницы следователя по особо важным делам как раз и состояла в том, чтобы то и дело таскаться на кухню за провизией для прожорливого начальника. Повара уже начали ее узнавать и без лишних слов принимались пластать окорока и колбасы, стоило девушке показаться на пороге.
– Это не займет много время, человек, – слегка коверкая язык, сказала волшебница. – Надо помощь!
Тара пожала плечами и последовала за нею.
Они вошли в спальню, которую занимал Льор. Бледный как смерть, юноша неподвижно лежал на постели, и «охотница», за десять лет жизни на улице успевшая насмотреться на покойников, сразу почуяла неладное:
– Он… жив?
– Пока да, – вздохнула целительница, отставив посох к изголовью. – Но, боюсь, часы его сочтены.
– Ой! – Пакет выпал из ослабевших рук, и бутерброды посыпались на пол. – Как же так?
– Вот так! Тот, кто выпил из него энергию, прекрасно знал, что этого делать нельзя. Знаешь, человек, есть… э-э… метод взятия энергии у медиумов. Надо всегда дать отдохнуть – десять дней, две недели, месяц… Никак не два или три часа! Организм истощен. Он умирает.
– И ничего нельзя сделать? – Таре было жалко Льора, несмотря ни на что.
– Можно. – Видящая посмотрела на нее как-то странно. – Если кто-то может дать ему энергию.
– А при чем тут я?
– Здесь она есть, – указующий перст уперся в солнечное сплетение.
– Что? – Тара не поверила своим ушам.
– Я – целительница, – со вздохом заговорила волшебница. – И немного некромантка. Наша… э-э… работа предполагает умение определять в других наличие магической силы. Именно некромантки раньше забирали мальчиков-медиумов и обучали их делиться своей энергией.
– Медиумов? – решила блеснуть познаниями девушка. – Льор мог бы стать медиумом…
– Да. Если бы Орден еще существовал. Его бы учили управлять своей энергией, отдавать ее… э-э… порциями. Ну и так далее, вам не надо знать. То есть я умею работать с жизненной силой и распознавать ее зачатки. И я сразу заметила, что здесь такая сила есть.
– Брехня! – категорично заявила «охотница» и присела на корточки, собирая бутерброды. – Я не магичка! Если бы была ею, меня в монастыре давно бы прибрали к рукам – всякие мистерии организовывать, предсказания делать, молебны проводить и прочее. Хренушки я бы тогда смылась – взяли бы в оборот и пикнуть не дали. Нету у меня вашей силы.
– Есть! И если ты позволишь…
– Колдовать?
– Исследовать. – Волшебница взмахнула руками. – Это не больно! Я только определю уровень силы и ее… не знаю, как по-человечески… в общем, какая она и откуда могла взяться. Пожалуйста! Это ради него!
Тара посмотрела на Льора. Юноша не подавал признаков жизни.
– Точно не будет больно? – прищурилась она.
– Да.
– Тогда валяйте. Где мне встать?
– Присесть. – Волшебница указала ей на стул. – Вот так, руки на колени, голову назад. Закрыть глаза…
– Вдохнуть и не дышать, – пробормотала Тара, но последние ее слова остались без ответа.