Топот ног. Далекие крики. Свист… Что это? Стрела? Ну да! Одна засела в деревянной шпалере, другая – в плече легионера. Ее обидчики отступают. Их только двое – третьего они уводят, поскольку он сам еле может передвигать ноги. Ну да ничего! Скоро сможет нормально ходить и отлично танцевать – ничего мешать не будет.
Прислонившись к стене – стрела оказалась рядом с ее лицом, – Тара устремила злой взгляд на четверых вооруженных до зубов орков, подбежавших из бокового коридора. Только то, что впереди оказался Асатор, остановило ее порыв кинуться в новую драку. Вытирая рукавом лицо и лоб и сплевывая на пол кровь, она видела, как его спутники поднимают поверженных ею врагов – один еще стонал, два других уже затихли – и уносят куда-то…
А потом подлетел Фейлинор.
На молодом Наместнике не было лица. Несколько секунд он ошалело водил глазами по сторонам, а потом шагнул к Таре:
– Живая?
– Чего ж вы своих козлов так распустили? – выдохнула она, но больше ничего не успела произнести.
– Живая, – простонал Фейлинор и схватил ее в охапку, прижимая к груди, обнимая, тиская, ощупывая сквозь ткань куртки ее тело, ероша одной рукой растрепавшиеся в драке волосы. Потом схватил ее лицо в ладони, быстро и как-то неуверенно поцеловал несколько раз в щеки, лоб и виски и опять прижал к себе.
Тара не отталкивала эльфа – после боя наступила разрядка. Ее всю трясло, девушка обеими руками вцепилась в камзол Наместника, чтобы удержаться на ногах. Перед глазами все плыло. Она даже, кажется, шевельнула губами, отвечая на поцелуи.
– Не надо, – только и пролепетала она, через некоторое время высвобождаясь из объятий. – И без того хреново…
– Тебе плохо? Ты ранена? Ох, я глупец, ты вся в крови. Держись!
– Куда? – слабо запротестовала победительница, но ее уже подхватили на руки и поволокли с поля боя. Сзади Асатор отдавал приказы – сбежавшие Преданные не успели уйти далеко, и их арестовали.
Льор открыл глаза и некоторое время просто смотрел на узорный полог, нависающий над его постелью. Собственно, постель была не совсем его – это роскошное ложе он должен был делить с Фрозинтаром. Но где он? Уже проснулся и потихоньку встал, чтобы не мешать утомленному ночными ласками любовнику досыпать? Так надо ему сказать, что…
Рванувшись вскочить, юноша невольно вскрикнул – каждое движение отзывалось болью. Голова, грудь, живот, ноги ниже колен. Мигом пришло озарение – события недавнего прошлого всплыли в памяти. Видящая, которая забрала у него энергию. Откуда она здесь?
Льор попытался вспомнить ее лицо, но его тело тотчас скрутила такая боль, что он с криком рухнул на подушки, корчась и заливаясь слезами.
На отчаянные крики из соседней комнаты примчалась целительница, всплеснула руками и кинулась делать точечный массаж, снимая болевые ощущения.
– Просто беда с вами, – бормотала она, совершая свои манипуляции. – С тех пор, как вы приехали, у меня ровно в два раза увеличился объем работ. А последние два часа вообще ни в какие ворота не лезут! Зачем тебе понадобилось вскакивать, скажи на милость?
Благодаря ее усилиям, боль отступила, и юноша ответил:
– Я хотел… это по привычке… Что со мной было?
– Имеешь в виду этот приступ или то, из-за чего оказался в постели и не приходил в себя два дня?
– Два дня?
– И лежал бы в беспамятстве намного дольше, а то и вовсе умер, если бы тебе не помогли восстановить энергию.
– Учитель? – Льор невольно посмотрел в сторону двери.
– При чем тут он? Я вообще не знаю, кто это сделал! Налицо следы классического вливания, но эту методику преподают в Ордене всем Видящим, которые умеют работать с медиумами. Даже не знаю, кто мог найтись настолько умный и опытный. Все это очень странно. – Она потерла рукой лоб, собираясь с мыслями. И были они, надо сказать, не совсем радостные. Тот случайно пойманный телепатический «голос» никак не шел из головы. Выходило по всему, что во дворце есть еще одна Видящая. Та самая, следы которой обнаружились в домике в парке. Но кто она и откуда взялась? – Будем считать это счастливым стечением обстоятельств. Как бы то ни было, – напустив веселый и благодушный вид, воскликнула целительница, – благодаря этому ты вообще жив и сейчас разговариваешь со мной, а не с Покровителями на том свете!
– Что это было? Почему я не могу встать?
На самом деле он не мог встать потому, что чувствовал наложенное заклятие, которое блокировало болью любые попытки подумать о той Видящей, которая… м-м… опять…