– Да, через час я обвенчаюсь с Гэмелом. – Она продолжила расчесывать волосы, настороженно поглядывая на Фартинга.
Он захлопнул за собой дверь с не меньшим ожесточением, чем распахнул ее, и принялся расхаживать по комнате.
– Но почему? Почему?
– Может, потому, что я была девственницей, когда он уложил меня в свою постель?
– Разумеется, он обязан дать тебе свое имя, но он уже предлагал, и ты отказалась. – Фартинг остановился перед ней и подбоченился. – Что случилось? Почему ты передумала? Он что, заставил тебя?
Шайн начала понимать, что именно так встревожило Фартинга. Он опасался, что ее вынудили согласиться на брак против ее воли.
– Нет, – сказала она, – хотя в конечном итоге он бы этого добился. Бывают моменты, когда он может сказать мне, что Луна зеленая, и я поверю. Однако подобная слепота со временем рассеивается, а рассудок возвращается. Впрочем, если бы он соблазнил меня прямо у алтаря, я могла бы согласиться на все, что угодно.
– Шайн Катриона, – резко произнес Фартинг, – прекрати нести чепуху. Нечего изображать передо мной легкомысленную девицу. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы этот фокус прошел. Почему ты решила выйти замуж за этого типа?
– Боюсь, правда тебе понравится еще меньше, чем чепуха. Леди Эдина напомнила мне, что как незамужняя девушка я являюсь собственностью Броуди.
Фартинг молча уставился на нее, затем злобно выругался.
– Ну конечно. И эта распутная ведьма имеет достаточно связей среди влиятельных особ, чтобы сделать угрозу реальной.
– Откуда ты знаешь, что у Арабел есть влиятельные связи?
Вспомнив, где он узнал о связях Арабел, Фартинг постарался придумать правдоподобное объяснение.
– За шесть лет, что мы наблюдаем за этой парочкой, многое можно было узнать, дорогая, – уклончиво ответил он. – Скажи лучше, какая связь между тем фактом, что Арабел имеет законные права на тебя, и твоим неожиданным решением выйти замуж за Гэмела?
– Ну, если я выйду за него замуж, я стану его собственностью, а не Арабел и Малиса.
– Понятно. Но этого недостаточно. Ни один из них не признает этот брак.
– Конечно. Но им будет сложнее требовать моего возращения домой, если на их пути будет стоять муж, обвенчанный со мной по законам церкви.
– Да, – медленно произнес Фартинг, – влиятельные лица, к которым Арабел обратится за помощью, поддержат ее не по доброй воле, а под угрозой шантажа. Так что вряд ли с готовностью поспешат на выручку. Скорее всего они охотно ухватятся за препятствие в виде мужа и заявят, что рады бы помочь, но закон не позволяет им действовать.
Подойдя к кровати, он прислонился к одному из узорных столбиков, на которые опирался балдахин, и скрестил руки на груди.
– Тем не менее, выйдя замуж, ты на всю жизнь свяжешь себя с Гэмелом Логаном, чтобы избежать угрозы, которая может оказаться временной. Стоит ли игра свеч?
– Совсем не обязательно.
– Дорогая, речь идет не о сделке, рассчитанной на определенный срок, а о клятвах, которые даются в присутствии священника. Такие клятвы все равно что вырублены в камне.
Шайн отложила щетку и повернулась к нему лицом.
– И все же это не совсем так. Леди Эдина назвала мне несколько причин, позволяющих признать мой брак с Гэмелом недействительным. Во-первых, Гэмел – незаконнорожденный, а я – девушка благородного происхождения. Возможно, это несправедливо, но может служить достаточным основанием для расторжения брака. Она также упомянула о принуждении и том факте, что я значительно богаче Гэмела.
– Что ж, это может сработать. Но ты уверена, что Гэмел согласится на подобное условие?
– Он уже согласился. Даже угроза со стороны Броуди не заставила бы меня выйти за него замуж, если бы он не поклялся, что даст мне свободу, если я того пожелаю.
– Представляю, чего ему стоило это согласие.
– Да, он дал его не слишком охотно.
– И ты веришь, что он сдержит обещание?
– Верю. – Шайн нахмурилась. – Ты сомневаешься в том, что он человек чести? – Она обнаружила, что чувствует себя оскорбленной сомнениями в порядочности Гэмела.
– Да нет. Этот олух не лишен благородства, но он мужчина, подверженный страстям. Я допускаю, что он намерен сдержать свое слово и будет испытывать жгучий стыд, если ему это не удастся, но всегда остается шанс, что страсть возьмет верх над честью. В гостинице так и случилось. Вспомни-ка.
– Возможно, хотя большинство мужчин смотрит на такие вещи иначе. С их точки зрения, Гэмел всего лишь заманил в свою постель очередную девицу. Тот факт, что этот поступок до сих пор мучает его, только подтверждает его порядочность. Впрочем, что бы он ни думал, он сдержит свое обещание. Возможно, к тому времени, когда мы покончим с Броуди, его страсть утихнет, и он будет только рад избавиться от меня. – Эта мысль причинила ей боль, и Шайн мысленно покачала головой, поражаясь собственным причудам. Как можно настаивать на том, чтобы Гэмел предоставил ей свободу, и огорчаться, что он может именно так и поступить?