– И довольно неприятной неожиданностью, – заметила Марго.
Шайн бросила на девушку сочувствующий взгляд.
– Действительно. В прошлом Арабел и Малис возлагали подобные поручения на Мартина. Возникает вопрос, почему на этот раз они поступили иначе? Боюсь, ответ не сулит нам ничего хорошего.
– Мартин как-то сказал мне, что Броуди начали относиться к нему с недоверием.
– Что ж, это объясняет, почему они не воспользовались его услугами.
– Ты же не думаешь, что они причинят ему зло, правда? – тихо спросила Марго.
– Я хотела бы успокоить тебя, но боюсь, что не смогу. Извини.
– Тебе незачем извиняться. Ты не отвечаешь за своих родственников. И за Мартина. Если он в опасности, то в основном по собственной вине. Если Мартин еще жив, то самое важное – как сейчас поступит. Позволит ли страху руководить своими действиями и сбежит из Дорчебейна или будет стоять насмерть и поможет нам? – Марго вздохнула. – Я молюсь, чтобы он выбрал второе.
– И мы тоже, – сказал Гэмел. – Нам бы очень пригодилась его помощь. Однако мы должны исходить из того, что нам не на кого рассчитывать, кроме самих себя.
– Теперь, когда мы знаем, что за игру затеяла Арабел, что вы собираетесь делать? – поинтересовалась Шайн, обращаясь к Гэмелу.
– Ближе к вечеру мы с Фартингом, Блейном и сэром Лесли отправимся в Дорчебейн на разведку, чтобы под покровом темноты обследовать местность. Всегда полезно изучить укрепления врага, прежде чем вступать в схватку. Даст Бог, нам удастся обнаружить их слабое место. А ты, дорогая, отправишься в Дорчебейн завтра с небольшим отрядом. Мы встретимся в нескольких милях от Дорчебейна и примем окончательное решение, как противостоять Броуди. – Он замолчал, с тревогой ожидая ее ответа.
– Я бы не сказала, что это продуманный план действий, – произнесла она наконец.
– Возможно, но есть вещи, которые нельзя спланировать, пока мы не изучим Дорчебейн более тщательно.
– Ты уверен, что эта разведка так уж необходима? – Ей не нравилась мысль, что Гэмел и Фартинг будут находиться поблизости от вероломных Броуди без вооруженного отряда.
– Ну, не можем же мы действовать вслепую. Конечно, у нас есть некоторые сведения о количестве и привычках стражников Дорчебейна, но мы будем чувствовать себя увереннее, если немного освоимся на местности, прежде чем подъезжать к воротам.
Все это и впрямь не производило впечатления продуманного плана, но Шайн промолчала. Мужчины имели немалый опыт сражений. К тому же все они выглядели очень уверенными. Что ж, она постарается исполнить свою роль как можно лучше и будет молиться, чтобы их надежды оправдались.
Шайн плотнее запахнула плащ, ежась от прохладного ветерка, крутившегося вокруг стен Данкойла. Стоя у парапета, она смотрела на юг, в сторону Дорчебейна, и молилась. Все, кого она любила, находились теперь в пределах досягаемости Арабел. Близнецов она уже захватила, а Гэмел с Фартингом, отбывшие несколько часов назад, наверняка где-то рядом. От этой мысли Шайн делалось дурно. Звук шагов вывел ее из задумчивости. Обернувшись, она увидела рядом с собой Марго.
– Хочешь вместе со мной поглядеть на Дорчебейн? – поинтересовалась Шайн. – Ничего другого нам пока не остается.
Марго коротко улыбнулась:
– Увидела тебя здесь и подумала, что подруге, возможно, не помешает компания. Но если ты хочешь побыть одна, я не обижусь.
– Да нет. Оставайся. Ночь ясная, но становится прохладно. Скоро и вовсе похолодает. Близится осень, а там и зима не за горами. Господи, и почему я болтаю как заведенная о погоде? Что в этом толку?
– Потому что тревожишься о том, что происходит сейчас в Дорчебейне.
– Пожалуй. – Шайн вздохнула. – Но ведь и у тебя есть повод тревожиться, верно?
– Да, но я стараюсь не давать воли страху. Я боюсь за Мартина. Думаю, что он порядочный человек и уже поэтому может стать жертвой алчности Броуди. В любом случае я не могу ему помочь. Он должен сам выбрать свой путь. Я молюсь, чтобы он сделал правильный выбор и чтобы Броуди дали ему прожить достаточно долго, чтобы он успел его сделать. У меня там только один человек, которого я люблю, хотя, разумеется, меня волнует судьба всех остальных. А тебе приходится думать о братьях, Фартинге и муже. Все, кто тебе дорог, находятся в Дорчебейне или рядом с ним. Я бы не вынесла такого.
– Я все время повторяю себе: Бог не допустит, чтобы Арабел с Малисом победили.
– Конечно, не допустит. – Марго накрыла ладонью руку Шайн, сжимавшую край парапета. – Все, кого ты любишь, вернутся. Справедливость восторжествует. А ты подумала, что будешь делать, когда все кончится?