— Давай мы поговорим позже, не хочу пропускать представление.
— Ты гневаешься на меня, я знаю. Меньше всего я бы хотел, чтобы мои слова тебя расстраивали. Но, Джейн, ты не так часто находишься в компании людей, которые имеют серьёзное влияние в этом мире. Люди Верховного Совета не куклы, которыми можно руководить. И им уже давно все это не нравится. Я говорил тебе, но ты ходила в серый дом на рассвете всего пару раз, а потом снова выходила с Тристаном в центральный парк!
Джейн бросила взгляд на главу Верховного Совета стоящего у самой сцены. Он пристально смотрел на Таяну. Сердце Джейн сжалось, очарованная исцелением детей она совершенно не замечала всех окружающих. Она совершенно забыла предупреждения Маркуса. Она думала, что решения Феликса незыблемы, ведь он так могуществен. Но здесь действительно существовали свои правила. Она вздохнула.
— Я все понимаю. Мы поговорим позже, хорошо?
Маркус, кинув на Джейн теплый взгляд, ушел занять свое место под сценой. И там тут же зазвучал чей-то хохот: рядом с Маркусом всем всегда становилось весело, но только не Джейн на этот раз. Все стали рассаживаться по своим местам вслед за парнем. Кассандра в красивом изумрудном платье с гордым выражением лица села рядом с Феликсом.
После разговора с Маркусом, после ее осознания о влиянии вельмож, ей так хотелось подбежать к Феликсу, схватить за руку и крикнуть: ”Пожалуйста, вылечи их всех, пожалуйста, и пусть мнение всех прочих не имеет для тебя значения!"
Зазвучала музыка, прозвучали хвалебные речи в адрес Отца, на сцене заиграли театральные постановки о дне прихода “зелёной воды” и появлении в Айронвуде Отца. Наконец, началось представление, в котором принимали участие жители серого дома. Джейн впервые могла наблюдать реакцию обитателей Айронвуда на такое массовое появление людей с физическими отклонениями. Все еле силились смотреть на сцену, многие дамы кривили лица и подносили к носу платки пропитанные духами, будто от виденного ими зрелища шел неприятный запах. Что поразительно – все их увечья были не видны на первый взгляд, но это не мешало остальным отворачиваться и щуриться. На удивление, наблюдая за такой реакцией, Джейн не испытывала злобы или обиды. После слов Маркуса она впервые задумалась о том, что этот мир действительно просто другой. Нет, конечно, она не бросит свою борьбу за жителей серого дома, но она начала понимать всех остальных, кто так избегает и презирает тех, кто не похож на них. Эти люди живут в мире, где не существует болезней, где все имеют здоровые тела, и кто знает, как в их глазах выглядит любое физическое увечье. Джейн всегда умела понимать людей, даже тогда, когда они были очень даже неправы. И в этот раз, она совсем иначе посмотрела на отношения жителей Айронвуда.
Представление закончилось, и Джейн увидела, как Тристан возле сцены готовиться к выходу. Она заерзала на стуле от волнения, трудно было представить, как отреагируют люди на выступление ее друга. Конечно, она понимала, что они, скорее всего в восторге не будут, но как именно поведут себя, было загадкой.
Тристан с помощью Таяны включил музыку с телефона Джейн. Жители Айронвуда встрепенулись на своих местах, оглядываясь и толкая друг друга. Строение сцены создавало неимоверную акустику, от чего звук с телефона расходился по всей округе, будто звучал из колонок немалого размера. Тристан начал свой танец, а Джейн с восхищением наблюдала за ним. Человек, имеющий вместо обычных ног козлиные копыта, так грациозно двигался, такие плавные движения создавало его тело. Даже с новоиспеченными копытами вместо кистей он управлялся чувственно и ритмично. Девушка видела, как Таяна заворожено смотрела на сцену, разделяя чувства Джейн. Остальные зрители сидели в замешательстве, не говоря друг другу ни слова. На многих лицах читалось отвращение, и Джейн обрадовалась, не заметив его на лице Маркуса. Многие тыкали пальцами на руки Козлоногого и в страхе прикрывали глаза, словно при просмотре фильма ужасов. Феликс смотрел представление с весьма заинтересованным видом и в сердце Джейн снова что-то запекло.
Обсмотрев присутствующих, девушка тут же прильнула взглядом к сцене. Как же она восхищалась своим другом. Иметь такую смелость, чтобы выйти перед людьми, которые всю жизнь тебя презирают. Да еще и станцевать для них танец, которого никто раньше не танцевал! Тристан даже не волновался о том, что теперь все увидят копыта на месте его рук.