— Да, они. Жаль, что мы их не застали, — Тристан вдруг испугался, что больше никогда их не увидит. Он поспешил успокоить себя: он сможет увидеть много других прекрасных животных и растений в придачу, ведь больше он не намерен сидеть взаперти. Он всегда не относился ни к людям, ни к козлам. Но рядом с Джейн он чувствовала себя отдельным видом, имеющим право жить, радоваться и любить. И может его собственный вид ничуть не хуже тех, к которым он никогда не относился.
Время шло к обеду и они, так и не дождавшись появления сияющих животных, пошли назад в Великие Сады. Тристан чувствовал себя одновременно окрыленно и грустно. Он был безумно рад своему выходу в мир, но немного расстроен от того, что Джейн не смогла увидеть таких прекрасных существ именно в его компании. Джейн напротив – определенно выглядела счастливой. Конечно ее сегодняшний поступок – это огромное достижение. Может она права, и король действительно будет растроган её поступком?
Они уже шли по парку мимо миниатюрных мраморных тыковок усыпанных в траве, когда Тристан увидел вдали храм Матери Природы. Последний раз он видел его в свои восемнадцать лет, перед тем как мать отвела его в серый дом. И, конечно же, он никогда не был внутри. “Люди зеленой воды” были для Деянов чем-то ужасным, стоящим в противовес природе и, конечно же, не имели права посещать святыню. Когда был жив Отец, он пытался бороться с общей неприязнью к таким как Тристан. Но, несмотря на всеобщее уважение, люди не могли поддержать Отца в его убеждениях, веруя словам Деяна как единственной истине. После его смерти все тем более отбросили всякие попытки на добродушие и создали дом, в который и согнали “людей зеленой воды” словно стадо – отдельный вид недолюдей. Но с приходом Джейн все изменилось: он больше не изгой. И он может ходить в храм вместе со всеми, и пусть Деяны говорят, что такие как он – зло. Сам Тристан знает, кто он на самом деле. Любовь к природе живет в его сердце с детства. Он наслаждается каждым дуновением ветра, каждым отблеском росы на листьях. Попасть в храм Матери Природы – мечта, казавшаяся всегда недоступной. Никто не может запретить ему туда зайти. Никто. Даже Феликс не в силах. Впервые в жизни Тристан почувствовал такую решимость и силу внутри себя.
— Джейн, ты не хочешь зайти в храм ненадолго?
— В храм? — Джейн явно не ожидала, такой внезапной решимости от Тристана. — Я не знаю. У меня немного другие верования, но было бы интересно. Конечно, если ты этого хочешь.
— Я хочу пойти, прямо сейчас.
Она выглядела растерянной. Наверное, вдруг проснувшаяся в нем решительность отпечаталась и на его лице.
Они зашли в храм. В это время как раз шла служба. На величественном возвышении стоял человек облаченный в мухтан – Деян. Тристан видел их последний раз лет десять назад, перед своим длительным заточением. Возле серого дома деяны, разумеется, никогда не проходили.
Вокруг Деяна в первых рядах стояли дамы и вельможи, за ними – простые жители. У всех на головах красовались утонченные золотые венки с маленькими листиками.
И сам храм внутри был покрыт чистым золотом с барельефами в виде растений на стенах и потолке. В больших вазонах, стоящих повсюду росли прекрасные цветы и миниатюрные деревья. На потолке из витражных стекол было сымитировано небо усыпанное лепестками роз. У Тристана перехватило дух от того, как волшебно было вокруг. Джейн тоже ходила по храму, щупая стены и рассматривая витражи на окнах и потолке. Она явно тоже была поражена такой красотой.
Деян монотонно читал молитву:
— Благодарии мать природы, лист деревее золото в небе, огнии в кострах, — он поднял руки к небу, — жить славнее в море цветов. Сила, сила в воздухе...
Вдруг он замолчал. Наступила неестественная тишина. Тристан замер. В его душу прокрался страх. Наконец тишину разрушил громогласный голос Деяна:
— Она что, посмела зайти в храм без золотого венка?
Тристан обернулся и увидел, что все присутствующие смотрят на Джейн. Вдруг какая-то древняя старуха вскинула свой длиннющий крючковатый палец, уткнув его прямо на Тристана, и завопила:
— Она притащила сюда Козла! Храм Матери Природы осквернен.
Десятки взглядов во главе с испепеляющим взором Деяна переметнулись с Джейн на Тристана. Храм заполнил слившийся в унисон из множества голосов, вскрик. Прислужники словно по команде бросились к Тристану и, окружив его, начали сыпать на него землю, бормоча под нос молитвы. Абсолютно все прихожане обернулись в его сторону. Были слышны вздохи и вскрики самых впечатлительных дам и девушек из деревни. Джейн, стоявшая у стены в десяти шагах от него, последней поняла, что она больше не является главным ужасом Деяна, а Тристан замечен и окружен как самое страшное чудовище. Она обернулась и, увидев все происходящее, бросилась к нему. Один из прислужников бросил свой мешок с землей на пол, и кинулся к ней, перекрыв ей дорогу.