— Он тоже вернется в Истон?
— Наверное, нет. Он записался добровольцем в Красный Крест и не может просто так порвать с ним.
— Но розы, его розы, они ведь скоро начнут расти...
— Эми, как ты можешь думать, что Леонидас бросит свое дело для того, чтобы провести лето, ухаживая за розами! — резко сказала мисс Аннабел. — Разве ты его совсем не понимаешь? По семейным традициям, если бы он был нормальным, то пошел бы служить в армию, едва став взрослым. Если бы даже он вышел в отставку по возрасту, то немедленно вернулся бы туда, как только разразилась эта война. Прошлым вечером, когда мы беседовали за ужином, он показал мне длинный список имен, где были все, с кем он учился в Итоне. Сейчас они все в униформе. Некоторые даже на десять лет старше его — они могут быть только в запасе, но и они сейчас служат королю и отечеству. Все, кроме бедного Леонидаса. Мне так его жаль! Какое унижение для человека с его родословной — не поддержать короля в такое время.
— Лорд Квинхэм в армии, — осмелилась сказать я.
— Конечно. Я перестала бы носить его имя, если бы его там не было, — лицо мисс Аннабел напряглось, в голосе послышались нотки гордости. — Фрэнсис исполняет свой долг и храбро сражается. Я не сомневаюсь на этот счет, — ее голос стал жестким. — Его патриотизм безупречен — порочна только его мораль.
— Но он любит вас, — сказала я.
Гнев и сожаление смешивались в голосе мисс Аннабел, когда она ответила:
— Эми, может быть, ты еще веришь в сказки со счастливыми концами, но я не верю.
Глава пятая
Четыре недели моего послеродового отпуска должны были закончиться в субботу, а в воскресенье мы собирались уехать в Уилтшир. Так решил Лео, а доктор с ним согласился. Мне хотелось, чтобы мои дочери были в безопасности вдали от города, но не хотелось расставаться с моей Розой. Последние драгоценные дни я нянчилась с ней сама, а потом ее заберут в детскую. Мысль о разлуке ужасала меня — как я перенесу это?
— Тетя Грэйс уже составила для нее хороший режим, — как-то упомянула Элен, — питаться каждые три часа — поэтому она быстро привыкнет, моя леди.
— Но она привыкла сосать чаще, — поспешно сказала я.
— Конечно, привыкла, — засмеялась Элен. — Мы все, любим выпить чашечку чая каждые десять минут, если есть возможность, не так ли? Но никакой необходимости в этом нет. — Я взглянула на мою красавицу Розу — верно, она не нуждалась в этом. Элен настаивала на своем: — Вы испортите ее, моя леди.
— Да, но... — я вздохнула.
Когда Элен увела Флору, я взяла Розу на руки, прижалась щекой к ее щечке и зашепталась с ней, высказывая, свою любовь. Ее маленькие ручки потянулись ко мне в ответ, и я обняла ее, потеснее, прижав к себе. Получалось, что я собиралась ее испортить, держа все время рядом с собой. В конце концов, если бы я вышла замуж за Джо Демпстера и жила бы в коттедже, я не смогла бы нянчиться с ней все время — нужно было бы готовить еду и прибираться в доме. Джо мне нравился, я уважала его, но не любила — все мои мысли летели к другому, которого я любила. Правда, я все равно должна была бы отдать моего ребенка в детскую, даже если бы моим мужем стал Фрэнк. Вдруг я поняла, куда завели меня мысли, и плотно захлопнула дверь в прошлое — отрезала свои воспоминания, забила их досками, как привыкла делать с детства. Но воспоминания не всегда оставались отрезанными. Иногда дверь приоткрывалась, они возвращались и вспыхивали в голове, оставляя меня ослабевшей и растерянной, пока мне не удавалось снова закрыть их внутри.
На этот раз мои воспоминания высвободила миссис Чандлер. Она сделала это неумышленно, она хотела помочь мне. Я сказала ей, что хочу выбрать материал для крестильной одежды Розы, пока мы еще не уехали из Лондона, и собираюсь пойти по магазинам в субботу.
Она была шокирована.
— Моя леди, вам не годится выходить из дома, пока вы не побываете в церкви.
— Но я не принадлежу к англиканской церкви, миссис Чандлер.
Миссис Чандлер была шокирована еще больше.
— Нет, моя леди, теперь так нельзя, — она решительно покачала головой. — Его светлость исповедует англиканскую веру, и вы тоже должны.
Поэтому в пятницу после обеда я была вынуждена оставить Розу, надеть пальто, шляпку и спуститься вниз с Бертой. Выйдя за наружную дверь, я остановилась и подставила лицо весеннему солнцу. Берта потянула меня за руку.
— Не теряйте времени, моя леди, идите прямо в церковь, иначе это принесет несчастье, — она понизила голос. — Женщина, вставшая после родов, нечиста, пока не побывает в церкви.