— Ты просто сиди. Тебе не нужно больше ничего делать.
Лео сел, его руки бессильно повисли по сторонам стула. Я подошла ближе и стала снимать его галстук-бабочку. Бросив галстук на пол, я приказала:
— А теперь наклони голову, я расстегну кнопку сзади. Лео послушно наклонился вперед, а я склонилась над ним, моя грудь задела его лицо. Когда кнопка была расстегнута, я осторожно, но уверенно наклонила его голову набок, чтобы снять остальное. Высокий белый воротничок полетел на пол вслед за галстуком, и я увидела темную поросль волос на шее Лео. Мое дыхание участилось, я стала расстегивать кнопки его белого накрахмаленного жилета. Я быстро сняла жилет и стала возиться с мелкими пуговками рубашки, но на третьей не могла удержаться — откинула полы и приласкала теплые волосы на груди Лео. Гладя и лаская их, я заглянула ему в глаза, которые были так близко, и сказала:
— Мне так нравятся эти волосы, мой Лео, — я нежно поцеловала его в кончик носа, и мои пальцы заторопились — четвертая, пятая, шестая, седьмая пуговица — пока, наконец, все эти шелковистые волосы не показались на свет. Я зарылась в них лицом, целуя, лаская Лео, чувствуя быстрый стук его сердца под своими губами.
Я собиралась снять его пиджак, но рука Лео остановила меня. Тогда мои пальцы потянулись к его подтяжкам, расстегнули их, а затем двинулись к пуговицам его брюк.
— Эми... — протестующе пробормотал Лео, но я не собиралась позволить ему остановить меня сейчас. — Эми, это бесполезно, я не могу заставить свой...
Я приложила палец к его губам.
— Тс-с, этим вечером он не твой. Твой член, он — мой, и сделает все, что я скажу ему, а ты просто смотри и жди. Но сначала нам нужно снять твои брюки. Встань.
Он послушно встал, а я стала стягивать с него черные вечерние брюки вместе с висящими на них подтяжками. Скоро все это свалилось на пол, вместе с подштанниками. Покрытые черными волосами ноги Лео были крепкими, словно два молодых дубка.
— Мои туфли...
— Я разую тебя, — улыбнулась я. — Носки не снимай — ночь холодная, лучше держать ноги в тепле. А теперь садись опять. — Лео сел, а я опустилась перед ним на колени. — Не бойся, у тебя все получится, — ласково заверила его я, но он все еще боялся. Я понимала, что не должна торопить его. Сначала я просто стояла на коленях и гладила шелковые завитки волос на плоском животе Лео, но затем подвинулась поближе к члену, чтобы легонько приласкать его. Он уже стал полнее и слегка распрямился, словно признал меня еще до того, как я прикоснулась к нему. — Не пугайся, мой Лео, я не сделаю ему больно, — говоря это, я опустила пальцы в теплое гнездо волос, осторожно раздвинула их и стала поглаживать член — и, наконец, он ответил мне, словно цветок, поднимающий головку к солнцу. Между моими ласкающими пальцами произошло чудо — обещание новой жизни лежало в моей ладони, нежное, как шелк, и крепкое, как дуб. И оно ожило для меня.
Я наклонилась и поцеловала пухлую головку, а она подскочила от удовольствия и возбуждения у меня в руке. Я еще раз поцеловала ее, затем развязала пояс и взобралась на колени к Лео.
— Держи меня, Лео. Я помогу тебе ввести его внутрь, — и Лео удерживал меня, пока я бережно вводила его наполненный член между своими бедрами, в теплое радушие своего лона. Наконец моя голова оказалась напротив головы Лео, и я улыбнулась, глядя в его серые глаза: — Видишь, все прекрасно? — он смотрел на меня так, словно не мог поверить в это, а я поцеловала его в кончик носа и придвинулась поближе, так, чтобы мы полностью соединились. Я чувствовала в себе член Лео, теплый и полный обещания, и потянула его в себя, сжимая так крепко, как только могла — и услышала стон наслаждения Лео. Я медленно расслабилась, отодвинулась чуть-чуть, и, наконец, бедра Лео шевельнулись, снова заводя член глубоко в меня. Я засмеялась и сжала его покрепче, и снова засмеялась, увидев удовольствие на лице Лео.
Теперь мы ритмично двигались вверх-вниз на стуле, словно танцевали. Я чувствовала, что толчки Лео становятся все сильнее и сильнее, делаясь настолько сильными, что на мгновение я даже испугалась, но затем прогнала страх и отдалась силе извержения его семени. Когда он давал мне этот дар, которого я так желала, мы крепко обнялись, а я прижалась ртом к его рту, чувствуя, что все мое тело вспыхнуло огнем, неугасимым жаром — и закричала от остроты этого наслаждения. Когда все кончилось, я поникла на грудь Лео и обессиленно укрылась в его надежных руках.
После этого мы оба очень застеснялись. Я слезла с Лео, и быстро запахнулась поплотнее в ночную рубашку. Лео повернулся ко мне спиной и поспешно стал собирать одежду с пола. Он уже уходил, когда я окликнула: