Миссис Чандлер, Элен, Дора и я путешествовали с детьми в купе «Только, для дам», поэтому я без стеснения могла кормить Розу. В Солсбери Лео проводил нас в комнату ожидания, для дам, где мы пробыли до поезда в Йовил. На последнем участке пути он присоединился к нам. Флора взобралась к нему на колени и уселась там, тыча пальцем в окно и задавая бесконечные вопросы в течение всего пути до Истона.
На станции нас ждал экипаж. Старый мистер Тайсон уложил в него вещи, мальчик гордо встал на ступеньку сзади. Теперь в конюшне не было взрослых мужчин — все они ушли на войну.
Под стук копыт мы выехали со станционного двора и поехали по селу. Лео выпрямился, пристально оглядывая все вокруг — Истон был его селом. Каждый сад, каждая лошадь, каждый столб и камень принадлежали ему. Он был хорошим землевладельцем — оконные рамы, опрятные крылечки, выложенные узором карнизы кирпичных коттеджей, сияли белизной. Не было ни одной отвалившейся черепицы на пропитанных смолой кровлях — я это знала, хотя и не видела, потому, что вжалась поглубже в сиденье, чтобы укрыться от людских глаз. Несмотря на воскресный вечер, на главной улице было множество людей. Они знали, каким поездом мы прибываем, знали, что его светлость возвращается с новой дочкой — конечно, им было любопытно. Пока люди снимали шапки и вежливо склоняли головы, их лица поворачивались, пытаясь заглянуть внутрь. Я забилась как можно дальше в угол — я не слышала, что они говорят, но легко догадывалась: «Это она, бывшая девушка леди Квинхэм». «Не девушка, однако!» «Не так она услужила леди Квинхэм, как лорду Квинхэму». «Скорее уж он услужил ей». Я могла представить подталкивания, понимающие перемигивания и усмешки мужчин, шокированные взгляды женщин, презирающих меня за мой поступок. Я прижала к себе Розу и смотрела на ее лицо, пока экипаж не замедлил ход, и не въехал в ворота. Ворота со скрипом закрылись за нами.
— Эти петли нужно смазать, — пробормотал Лео, затем сказал громче: — Да, Флора, это овечка. Весной они всегда приходят в парк пастись.
Мы проехали последний поворот, и особняк предстал перед нами. Когда я увидела его впервые, он не произвел на меня никакого впечатления, после прославленного Нетер Курта и остальных больших особняков, которые я тем летом посещала с мисс Аннабел. Истон, построенный из гладкого кирпича, с длинными рядами одинаковых окон, показался мне скучным. Теперь я радовалась, что он не так великолепен, как другие, но все же он был очень большим. Глядя на этот дом, я совсем упала духом. Я была здесь чужой.
Наконец мы остановились у каменного пролета входной лестницы. Огромная наружная дверь распахнулась, навстречу вышел мистер Тимс. Мальчик подбежал и откинул ступеньки экипажа, Лео выскочил наружу и обернулся, чтобы принять Флору, и тут желтая молния вылетела с лестницы, словно стрела из лука. Это была Нелла.
Она запрыгала вокруг Лео, бешено виляя золотистым хвостом. Он нагнулся приласкать ее, она гулко залаяла, приветствуя его. За ней к дверце экипажа подошла миссис Чандлер. Она протянула руки и взяла у меня Розу, я вышла следом. Я наклонилась погладить Неллу, но та едва заметила мою ласку, ее карие глаза не отрывались от Лео. Она была его собакой, не моей.
Я стояла, щурясь от солнца, когда Лео подошел ко мне.
— Позволь проводить тебя, Эми?
Он предложил мне руку, но я понимала, что он не хочет, чтобы я взялась за нее.
— Все в порядке, — ответила я. — Я могу идти сама.
Я прошла по гравию и стала подниматься по ступеням. Когда я дошла до верха, из дверей вышел мистер Селби, агент Лео.
— Добрый вечер, леди Ворминстер, — вежливо приветствовал он меня, затем повернулся к Лео и отвел его в сторону. Они углубились в долгое обсуждение какой-то проблемы. Клара, старшая горничная, тоже вышла на переднее крыльцо встретить свою мать. Сейчас она любовалась Розой на руках миссис Чандлер. Я пошла к ним, но Элен опередила меня.
— Дора, займись леди Флорой, — приказала она. — Уже конец месяца, тетя Грэйс, — взглянула она затем на миссис Чандлер.
Обе женщины улыбнулись друг другу.