Мистер Бистон пришел ко мне спросить про крестины Джеки.
— Теперь, когда его светлость в отпуске, может быть, пришло это время, моя леди?
И я заговорила с Лео за ужином. На стол уже подали десерт, когда я набралась смелости спросить мужа о крестинах Джеки. Я заставила себя это сделать только потому, что дальше тянуть было нельзя.
— Как хочешь, — ответил он.
— Может быть, назначим их за день до твоего отъезда?
— В субботу? Да, если хочешь.
— Я говорила тебе в письме, что попросила мистера Селби быть крестным отцом. Вторым крестным отцом, я надеюсь, будет Альби, а его брат Джим — помощником. А крестной матерью я попросила стать мисс Бистон, и она любезно согласилась, — я подождала, но Лео только кивнул в ответ. Я с робостью спросила: — А ты — придешь?
Лео взглянул на меня, его косящие серые глаза не выражали ничего.
— Если хочешь, приду, — он положил на стол фруктовый нож с салфеткой и встал: — У тебя все?
— Да, — прошептала я.
Я одела Джеки в крестильную одежду Розы — у меня не было времени сшить другую. Я очень нервничала, дожидаясь Лео — а вдруг он даже не пойдет со мной в церковь? Но он заявил:
— Мы сделаем все так же, как и в прошлый раз, только я предпочел бы не использовать машину.
— Да, сейчас мало бензина.
И мы поехали в экипаже, с Элен и Джеки. Джим привез Беату, но она сказала, что может остаться не больше, чем на пару часов. Я вздохнула с облегчением, потому что боялась, что ее проницательный взгляд заметит, как Лео относится ко мне теперь.
Когда мы прибыли в церковь, там уже ждали леди Бартон с Цинтией. Когда мы с Лео подошли поприветствовать их, леди Бартон заключила меня в пахнущие фиалками объятия.
— Как, наверное, ты горда, моя дорогая, — отпустив меня, она сжала руку Лео в своих: — Леонидас, Джордж, все рассказал мне, твоя дорогая мама была бы довольна, а отец гордился бы тобой.
Лео увел леди Бартон, а Цинтия дождалась, пока они отойдут за пределы слышимости, и сказала вполголоса:
— Если верить тому, что рассказала эта старая тиранка, я подозреваю, что им доволен даже вице-канцлер. Кроме того, я думаю, это к чести нашего дорогого лорда Ворминстера. Джордж говорил, что об этом скоро напишут в газетах.
— Боюсь, я не понимаю, о чем идет речь, — сказала я.
— Разве он ничего не рассказывал? — подняла она брови. — Ох, дорогая, значит, мама, как всегда, проболталась.
— Пожалуйста... расскажи мне.
Она наклонилась к моему уху и зашептала:
— Твой доблестный муж спас медицинский пункт. Он великолепно проявил себя в этом разгромном отступлении, по словам Джорджа. Идем, дорогая Эми, нас ждут.
Мы вернулись назад в экипажах и приступили к торту, изготовленному миссис Картер. Когда все взяли в руки бокалы с шампанским, Лео провозгласил тост:
— За мою жену, — затем он повернулся туда, где Элен, держала наряженного Джеки, — и за моего сына.
Он прекрасно вел себя весь вечер, даже улыбался мне, когда требовалось, и у меня стала появляться надежда. Я искренне наслаждалась ужином, на который пригласила мистера Селби, доктора Маттеуса и Бистонов, и Лео держался нормально. Они намекали на медаль — леди Бартон, конечно, разболтала о его заслугах всем.
— Там была целая команда, — смущался Лео от поздравлений. — Все приписали мне, потому что я был в чине сержанта.
— Вы, там были за старшего, — тихо сказал мистер Селби.
— Да... — Лео запнулся и покраснел.
— Ну, точно, — улыбнулся мистер Селби.
— Я очень горжусь тобой, Лео, — сказала я, набравшись храбрости.
— Спасибо, Эми.
Затем он стал расспрашивать управляющего об имении и, кажется, не обратил внимания на то, что мистер Селби и мистер Бистон вовлекли в разговор и меня. Сегодня он был очень вежлив, даже называл меня по имени, и моя надежда возросла. Кроме того, мне была невыносима мысль, что Лео вернется во Францию, в опасность, а я не поцелую его, не прикоснусь к нему, не заключу в объятия и, наконец, не дам ему кое-что, даже если это будет только физическим удовлетворением.
Этим вечером, услышав, что Лео закончил раздеваться в гардеробной, я уложила Джеки в кроватку. Я распустила и расчесала волосы до блеска. Затем я собрала всю свою смелость и пошла в спальню к Лео. Свет был зажжен, Лео лежал в постели и читал. Увидев меня, он отложил книгу, но не снял очки.
— Да, в чем дело?
— Я знаю, что ты меня больше не любишь, — сказала я. — Только... я подумала... ведь ты — мужчина, а я — твоя жена... — Лео, не шевельнулся, его лицо не дрогнуло. Я, запинаясь, продолжила: — Я не скажу ни слова, не стану к тебе ласкаться, если ты этого не захочешь... Ты можешь просто... просто... — я не могла продолжать.