Второе письмо пришло раньше, чем я смела ожидать, и было написано чернилами. Мое сердце стучало, я поднялась наверх, чтобы прочитать его. Там оказался всего один листок.
18 июля 1918 года
Твое послание от 14-го июля получено и прочитано должным образом.
Л. А. Т. Ворминстер.
Это было все. Меленький зеленый росток надежды завял и засох. Однако в ответном письме я написала Лео все, что сказали и сделали дети, а затем подписалась: «Твоя любящая и покорная жена, Эми». Хотя Лео больше не любил меня, но я любила его, и буду любить всегда.
На следующий день я прочитала за завтраком, что английские и французские войска атаковали немцев. Среди атакующих, была и 51-я дивизия. Я затряслась от страха.
Погода была прекрасная, начался сбор урожая, но меня не покидал ужас, что в любой день могут принести эту телеграмму. Когда вместо нее пришло письмо, ровно через неделю после предыдущего, я задрожала от облегчения. В нем было точно такое же единственное предложение, написанное карандашом. Но все-таки Лео был жив, раз написал его, а новости из Франции улучшались с каждым днем. К концу августа наши войска продвинулись далеко вперед, а истонский урожай был благополучно убран. Мы пошли в церковь помолиться Богу за его щедрость — нам повезло, потому что два дня спустя погода испортилась. Выпал град, крупный, как орехи, и все зерновые на полях погибли бы. В парке золотая роза начала второе цветение, но теперь ее поздние лепестки побурели и пожухли из-за холодной, сырой погоды. Стоя и глядя на ее погубленную красоту, я почувствовала слезы грозящей потери, но смахнула их прочь и пошла писать еженедельное письмо к Лео.
Вскрыв его ответ, я увидела, что там больше одного предложения. Я на мгновение обрадовалась, но только на мгновение, потому что Лео просто добавил, что договорился послать Флору в небольшую дневную школу в Тилтоне. Она должна была ходить туда по утрам, а затем Дора должна была забирать ее домой. Больше в письме ничего не было.
Я не послушалась его и всю неделю сама забирала Флору, чтобы убедиться, что она там хорошо устроена. Я написала об этом в еженедельном отчете, опасаясь, что Лео будет раздосадован, но он даже не удосужился отметить это в ответном письме. Только обычное холодное: «Твое послание от...» Все было бесполезно.
В середине сентября Альби вернулся во Францию, а вскоре в Истон пришла еще одна телеграмма. Джон Дэвис, по прозвищу «Мигун», умер от воспаления легких. Клара плакала, рассказывая мне об этом:
— Бедняга Мигун, он сидел сзади меня в школе, а я сдвигала тетрадку вбок, чтобы он мог списать расчеты. Он медленно соображал, ему нередко был нужен помощник, но зато всегда улыбался. Мигун никогда не вставал с кровати не с той ноги.
Я сходила к жене Мигуна, и мы поплакали вместе. В Истоне погибло уже восемнадцать человек — наступит ли этому конец?
Но в октябре, когда я пришла на домашнюю ферму, мистер Арнотт рассказал мне, что туда только что приезжал офицер для проверки пленных.
— Он сказал, что наши побеждают окончательно и бесповоротно, моя леди. Теперь война не затянется надолго, — он говорил так убежденно, что у меня голова закружилась от облегчения, только тяжесть ребенка на моих руках заставила меня стоять спокойно. Мистер Арнотт наклонился и взял Джеки за подбородок. — Когда твой папа вернется, он поможет тебе поставить на место все это бабье в детской! — Джеки внимательно уставился на него, и мистер Арнотт рассмеялся: — Он смотрит на меня точь в точь как его светлость, а его глаза стали серыми.
Я взглянула на Джеки — так и оказалось. Я даже не заметила этого, потому что их цвет менялся постепенно.
— Моя Мэри поставит чайник, — продолжил мистер Арнотт, — если вы зайдете в тепло, пока я разберусь с этими бумагами.
Последовав за ним, я подняла Джеки повыше, прижалась к его щеке и прошептала:
— Умница, Джеки, умный мой мальчик.
Война закончилась в ноябре. Миссис Чандлер, запыхавшись, прибежала ко мне, чтобы сообщить это.
— Из Солсбери пришло сообщение на почту, — воскликнула она. — Все кончилось, моя леди, все кончилось! Мой Джон, мой Хорас — они в безопасности, они вернутся домой! — она зарыдала от радости. Мистер Тиме побежал сообщить новость миссис Картер, а я поспешила в кабинет имения.