— Ну-ну, Марта не перезолотила лилию. Когда я впервые услышала, то не поверила — поймать сразу обоих, и отца, и сына, — но теперь вижу, почему вам это удалось. Вы, несомненно, милашка, — я вспыхнула, а мисс Винтерслоу повернулась и пошла к швейной машинке. — Теперь, моя леди, расскажите мне, какие вы хотите занавески. Как говорят в селе, Мод Винтерслоу не из тех, кто теряет время на сплетни.
Я показала ей материал и дала мерки.
— Сделать отстрочку? — спросила она.
— Да — вот здесь.
— Ладно. Скоро я это вам сделаю.
— Если вы заняты...
— Не беспокойтесь насчет этого. Если я попрошу своих заказчиков подождать, они подождут. Я — лучшая портниха в окрестностях, да и расценки у меня умеренные, — она снова оглядела меня. — Кто шил вашу юбку?
— Я.
— Ммм, неплохо сидит. Повернитесь спиной, — я повернулась. — Да, мне самой нравятся юбки из клиньев, хотя в наши дни нечасто встретишь шестиклинку. Где вы взяли выкройки?
— Я сделала их сама.
Увядшее лицо мисс Винтерслоу сморщилось в улыбке.
— Я и сама не скроила бы лучше. Где вы научились шить?
Я рассказала, и она одобрительно кивнула.
— Это хорошее место учебы. У меня поначалу не было денег, чтобы заплатить за обучение, поэтому я начинала швеей.
— Вы никогда не хотели стать горничной у леди? — спросила я.
— Я? — с негодованием воскликнула мисс Винтерслоу. — Быть на побегушках, у какой-то женщины, которая считает себя лучше меня только потому, что родилась в колыбели с фамильным гербом? Это почти так же плохо, как быть замужем, — фыркнула она. — Взгляните на замужних женщин, и вы увидите, какой они терпят ущерб! Вечно живут то с животом, то с дитем у груди — или и с тем, и с другим сразу, если небрежны. Постоянное вынашивание детей вредит женщинам и губит их фигуру, — мисс Винтерслоу зорко оглядела меня. — Вы еще сохранили талию, но подождите — когда вы перестанете кормить, то увидите, что ваши груди обвиснут, — она наклонилась ко мне: — Но не беспокойтесь, моя леди — стоит вам только сказать мне словечко, и я покажу вам, как сделать, чтобы они выглядели такими же, какими были до рождения этих двоих. Кусок прочной ткани, скроенный наискось по той форме груди, какая у вас была прежде — и все будет в порядке. Но вам нужно быть строгой с его светлостью, чтобы он не устроил вам это снова, понятно?
Я пылала румянцем, когда Клара принесла поднос с чаем. Мод Винтерслоу указала на большой стол:
— Спасибо, Клара, поставь сюда. Вижу, ты не забыла для меня фрукты.
— Сегодня только яблоки и апельсины, мисс Винтерслоу.
— Я люблю, когда мне ставят вазу с фруктами, — пояснила мне портниха. — Я всегда прихожу сюда чинить белье, когда созревают персики.
— Какой вы любите чай, мисс Винтерслоу? — я взяла чайник. — Может быть, покрепче?
— Желательно бы, моя леди, с двумя кусками сахара, хорошо размешанный. — Я поставила жесткий стул рядом со швейной машинкой, а на него — поднос с наполненной чашкой. — Вижу, вы сделали как надо, уважаете старших. А теперь, может быть, вы мне что-нибудь посоветуете? Леди купила красивый отрез темно-синего бархата на вечернее платье, но она несколько худа в плечах, поэтому я размышляю, как лучше всего смягчить линию выреза...
Мы были поглощены обсуждением, когда дверь открылась и в нее вошла миссис Джонстон с уксусно-кислым лицом. Когда она увидела меня, ее лицо стало еще кислее.
— Я не знала, что за вами послали, миссис Винтерслоу.
Глаза Мод Винтерслоу сузились.
— Мисс Винтерслоу, будьте любезны. Я никогда не была замужем и горжусь этим — в отличие от тех, кто притворно называет себя миссис, хотя у них на это не больше прав, чем у моей полосатой кошечки.
Красные вены на лице миссис Джонстон покраснели еще больше.
— Нет ничего плохого в старых занавесках.
— Ее светлость выбрала новую ткань.
Миссис Джонстон демонстративно повернулась ко мне.
— Никакой необходимости, совершенно бесполезно — и это в военное время, когда наши доблестные солдаты в такой нужде...
— Я никогда не слышала, чтобы молодые люди в окопах нуждались в таких занавесках, — резко оборвала ее мисс Винтерслоу. Прежде чем миссис Джонстон успела ответить, она подхватила чайник. — Позвольте предложить вам чаю, миссис Джонстон, хотя я знаю, что вы обожаете не чай.
Миссис Джонстон побагровела и выскочила прочь, хлопнув дверью.
— Чего я не выношу, — так это женщин-пьяниц, — сурово сказала мисс Винтерслоу. — Я никогда не брала в рот ни глотка, только в медицинских целях. Не говоря уже о курящих женщинах — Марта вечно дымит своей трубкой! Дурная привычка, дурная привычка для женщин! Мужчины — другое дело, они не способны на лучшее, — она наклонилась ко мне. — Вы знаете, что сделала эта Марта? Дэн Витерс еще не остыл в могиле, а она остановила его светлость на улице и спросила, не может ли он продолжать выдавать ей табачный рацион Дэна, потому что это она выкуривала этот табак, а не он! А его светлость имел глупость согласиться, — она запнулась, а затем кивнула на дверь, глядя мне в лицо. — С этой он тоже дает промашку. В следующий раз проверьте ее расходные книги.