На следующий день, я пошла признаваться в этом мистеру Селби.
— Я хотела помочь вам, потому что Лео попросил меня об этом... он хотел, чтобы я это сделала — но только я никогда не слышала ни о гуано, ни о нитрате соды.
— Дорогая леди Ворминстер, трудно представить, чтобы вы о них слышали, — я была убита, а мистер Селби продолжал: — Я сам не знал о них, когда впервые пришел в контору помогать своему дяде. Однако лорд Ворминстер хотел, чтобы вы помогали мне, потому что у вас врожденный талант к счету — это его собственные слова. И он говорил, что у вас уже есть опыт ведения книг.
— Там были книги мастерской дамского платья, поэтому я знаю, что такое вуаль, галатея или твил, — с несчастным видом сказала я. — А в этих книгах я не смогла даже взглянуть на расчеты, потому что не знала, над чем, они делаются.
Мистер Селби взглянул на свои часы.
— Пожалуй, я могу выделить полчаса на объяснения... Гуано, кстати — всего лишь разновидность импортируемого навоза.
— Разве у нас мало своего? — удивилась я. — Неужели в военное время нет ничего важнее для ввоза из-за границы?
— Да, вы совершенно правы, нужно заботиться и о других видах товаров, — улыбнулся мистер Селби. — А теперь, может быть, вы присядете на стул...
На самом деле он оказался очень доброжелательным. И, странное дело, когда он рассказал мне о незнакомых терминах, выяснилось, что мне не требуется объяснять слишком много.
После этого цифры вновь стали маршировать и строиться в ряды, как солдатики. Просто теперь они были большими солдатами, и все. Однако, для меня не было особых различий между суммами 376 фунтов и 3 фунта 7 шиллингов 6 пенсов в конце строки. В комоде были счеты, но я только иногда обращалась к ним для проверки, потому что боррельский учитель говорил, что они делают мозги ленивыми — а мистер Селби смеялся, потому что его дядя всегда говорил ему то же самое.
Полчаса спустя мистер Селби оставил меня наедине с книгами. Когда он вернулся, они все еще были для меня иностранным языком, но я уже чувствовала, что со временем могу этот язык выучить. После обеда я провела еще час в кабинете с мистером Селби, и тот был доволен, видя, как быстро я делаю успехи в обучении.
— Рим не за день строился, леди Ворминстер, но вы заложили основы. Лорд Ворминстер был совершенно прав — вы сообразительная молодая леди, — я расцвела от гордости.
Мы договорились, что я сяду с мистером Селби, когда он займется месячными счетами, а до тех пор прочитаю статью о ведении счетов домашних ферм в «Кантри Джентльменс Эстейт Бук» за 1910 год.
— Эти рекомендации больше подходят для небольших ферм, — заметил мистер Селби, — но и вы найдете здесь много полезного.
— Спасибо, мистер Селби, я сегодня же прочитаю. Едва я ушла, прибыла почта, и мистер Селби позвал меня в кабинет.
— Леди Ворминстер, пришло письмо от вашего мужа, в котором он сообщил свой адрес, — он дал мне адрес, и у меня появилась новая забота — я еще не писала Лео писем, поэтому не знала, как начать.
Я написала «Дорогой Лео», и дело застопорилось.
— Что мы напишем папе, Роза? — она гукнула мне из кроватки — ей было все равно, потому что она была накормлена. Вздохнув, я взяла ручку и погрузила перо в чернильницу. Я исписала пол-листа, но письмо получилось скучным, в нем говорилось только о том, что с детьми все хорошо, с Неллой тоже, со мной все в порядке, а мистер Селби показал мне, как обращаться со счетами. Добавив, что надеюсь, что с ним тоже все хорошо, я подписалась: «Твоя покорная жена, Эми». Пожалуй, письмо вышло коротковатым, но я закончила его к следующей почте, значит, Лео получит его быстро. Я сама отнесла письмо мистеру Тимсу.
Ответ Лео прибыл два дня спустя, он был еще короче. Лео был рад тому, что дети и я в добром здравии, и что я изучаю счета.
Мне не следовало писать, что я изучаю, как с ними работать — насчет своего дальнейшего участия в этом деле я была не уверена, потому что там фигурировали слишком большие суммы. Но мистер Селби сказал, что ему будет полезно, если кто-то возьмется проверять основные цифры. Мы оба знали, что Лео, не слишком силен в счете.