— Ласточка ведь не в полную силу, только для вразумления…
— Мне и того хватило.
— Вредина.
— Только не вздумай заряжать арбалет, — сухо предупредил Жан, — мне жить почему-то хочется. Чудом лошадь тогда не свалила и меня грешного заодно. А ведь бельт между прочим калёный, в самый раз для моих доспехов… Ты вообще из арбалета когда-то стреляла?
— Стреляла и попадала! — вспыхнула Даниэль.
— Другое дело куда, — мягко добавил мальчик.
— Не преувеличивай, Жа-ан, меня однажды хвалили.
— Уточни, пожалуйста, за что именно?
— Я… это…
— Продолжай, смеяться не буду. Богиня всё видит, так что лучше тебе особо не врать, — строго предупредил Жан.
— Я в наставника не попала, — наконец призналась волшебница.
— Совсем?
— Та-а-ак, чуток по доспеху скользнуло. Он ведь сам потом мне спасибо сказал!
— Разве?
— Ну… потом нашлёпал по-родственному. Не дразнись, пожалуйста, Жан! Предсказательнице и не такое простительно.
— Ты пожалуй почище Ксавье!
— Почему Ксавье? — заинтересовалась красавица.
— Помнишь, что Мадлен говорила недавно? Тоже ведь насчёт арбалета. Что-то он сумел сотворить…
— Я же не нарочно тогда… — умоляюще протянула девчонка.
— Ты это Датчанке скажи.
— Я же перед ней извинилась!
— Так Великому и передам, — не без удовольствия согласился подросток. — И не вздумай язык показывать, всё равно я на тебя не смотрю.
Предсказательница не нашлась что ответить.
Дети миновали очередной поворот — тропинка хоть немного расширилась — и приблизились к лаонскому тракту.
— И не думай! — предупредил Жан, перехватив взгляд Даниэль. — По второму кругу подорожная не сработает. Будь я хоть немного постарше!
— Ты уверен? Я им такого наговорю… — воодушевилась было девчонка.
— Ты в тюрьме давно не сидела?
— К-какой?
— Городской. В вольном городе Лаоне темница надёжная. В надзирателях люди барона.
— Не хочу в тюрьму, там крысы кусачие… — буркнула Даниэль.
Жан только вздохнул.
Шум отряда на марше — это явно не почтовая эстафета — заставил девочку вздрогнуть.
— Здесь одних коней не менее полусотни, — боязливо зашептала девчонка. — Явились по наши души?
— Ага, ага, на телегах — отозвался Жан. — И притом изрядно нагруженных.
Дети переглянулись.
— Ты что, о том же подумал? — нерешительно осведомилась волшебница.
— Здесь и думать нечего, — отрезал Жан — отцепись сперва, ты, липучка!
— Извини, я нечаянно.
— Ты не заболела случайно?
— То-оже мне, благородный нашелся, — Даниэль надула губки.
Не тратя лишних слов, Жан направил Датчанку к лаонскому тракту.
— Меня не забудь! — Даниэль пришпорила Ласточку и дети понеслись через кленовое редколесье.
Предсказательница вскоре вырвалась вперёд. Вредная Датчанка послушно следовала за Ласточкой будто привязанная, что она в ней только нашла, не иначе девчонка приворожила. Рыбак рыбака… Жан показал кулак. Даниэль обожгла его взглядом, пробормотала что-то очень хорошее — верно с крокодилом сравнила — но всё же сбавила ход. Неспешной рысью, по-другому нельзя, если не хочешь загубить лошадей.
— Не забудь, ты из древнего и знатного рода! — бросила напоследок девчонка.
— Не могла поскромнее придумать — проворчал Жан.
— Так играть интереснее, — беспечно отозвалась волшебница.
— Ты как ребёнок.
— А что не похожа? — усмехнулась девчонка. — На себя погляди!
Примерно в полусотне шагов от дороги Жан велел приостановиться. Девица почти что не пререкалась и послушно укрылась за развесистой ивой.
— А ты? — подала голос волшебница.
— Пока что чуток подальше, там очень удобный просвет, — рассеянно отозвался подросток.
Жан тронул Датчанку — девчонка протестующе пискнула — и подъехал к молодому дубку, только его голова и видна.
На изрядно нагруженных возах — мальчишка приподнялся в седле — снежно-белые номера обведены синей краской, как принято у почтенных торговцев. Жан жестом успокоил волшебницу, а то ещё примется его окликать, как водится у девчонок. Благородных вроде не наблюдается, уже хорошо.
Растянувшуюся цепочку возов стережёт крепкий конвой — два десятка охранников, а вполне возможно и больше, поди разбери. В толстых кожаных куртках с нашитыми железными пластинами, не всякий бельт прошибёт, смотря ещё, какая пластина… Кое-кто с пехотными гладиусами, для боя в плотном строю, если конечно эти недоростки можно назвать мечами. Но копья, похоже, метать умеют, у каждого по три, по четыре. У сёдел, разумеется, не в руках же копья таскать. Или нет, скорее длинные дротики, Хуан бы за уши оттаскал за такую промашку. А главное — арбалетов хватает, при желании доставят хлопот и кольчужникам…