— А я и не играю, Хуан, честно-честно, — Шарль было замялся. — Ну что я тебе смешного сказал?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— А-айййй… — взвыл было мальчишка.
Под укоризненным взглядом Бертье, Жан пристыжено замолчал, надо же, приставили няньку! Вроде и за шиворот маленько потряс, и сказал что-то хорошее — мальчишку пробрало холодом — ну это пустое…
Вскоре Жан нормально вдохнул, хвала Создательнице во всех её воплощениях. Угоди шальной бельт в лицо… ой нет, об этом лучше не думать! С него достаточно и второго, что скользнул по кольчуге, до сих пор толком не повернёшься в седле.
Непорядок, если подумать, метить в мальчишку тяжёлым бе-е-ельтом… — Жан протяжно зевнул, не углядели бы взрослые!
Жан всё же нажал на спусковой крючок и отправил стрелу в глубину леса. Арбалетные хлопки сливались в один, всё-таки поспел к последнему залпу! Ка-ажется отпугнули… А разбираться с ними всерьёз ни времени, ни желания, только раненых сейчас не хватало.
— Бок случаем не болит? — осведомился подоспевший Этьен.
— Пустое, Этьен, доспехи надёжные, пожалуй, и без синяка обошлось, — бодро отозвался мальчишка.
— Ну, ну… Если станет ныть или вина попросит, сразу наложи повязку потуже, — обратился высокородный к Бертье, — как бы не затронуло рёбра. Сам понимаешь, дело нешуточное. Бывает, и не сразу почувствуешь, помнишь как у Виллема?
— Ещё в бой рвался и грозился Раймону пожаловаться! — понимающе ухмыльнулся Бертье. — Погляжу сперва как он в седле удержится, а то у мальчишек дурная манера терпеть до последнего, благородный он там или нет.
Жан собрался было основательно возмутиться — что он, не бродил по лесам? — но Этьен уже дал шпоры коню.
И зачем он полез вперёд, ещё Шарлю нажалуются… Жан закусил губу. И новёхонькая арбалетная стрела считай, ушла в молоко, а его бельты не из дешёвых. Знать бы наверняка — попал, не попал, а то взрослые, они… Мальчик подавил вздох. Жан снова зарядил арбалет, ведь отряд на вражеской территории. Повезло ещё, что столкнулись с ватажниками, эти то-очно не побегут доносить, крови на них… И не только простолюдинов.
Датчанка — интересно, почему её так назвали? — снова отвергла кусочек сахара и неожиданно прибавила ход, ближе, ближе к огромному жеребцу Раймона. Жан привычно натянул поводья, и Датчанка едва не встала на дыбы, зар-раза…
— Крупная, потому и с характером, — не без сочувствия заметил Бертье, — а силёнок тебе не хватает.
— Будто я её выбирал!
— Кто мог знать, ведь со взрослыми она смирная. Да и с тобой поначалу… Может, пересядешь ко мне за спину?
Мальчик только мотнул головой.
— Ну, смотри, Жан, с боевым конём тебе точно не совладать.
— Она случаем не кусается?
— Под настроение, — улыбнулся Бертье. — Главное не заржет ненароком.
Жан на редкость изобретательно выругался, помянув всех и всяческих предков Датчанки, а также возможных родственников.
— Это надо запомнить, — оживился Бертье, — я такого, и у Этьена не слыхивал. Ты держись-ка лучше поближе к Раймону, иначе толку не будет.
Жан внял совету и поравнялся с караковым жеребцом Раймона. Датчанка не возражала.
Благородный Раймон поднял плеть, еле слышно присвистнул, и Датчанка резко сбавила ход.
— С тобой она больше не забалует, — бросил рыцарь через плечо, — я Датчанку основательно поучил. Грамота при тебе?
— Вы который раз спрашиваете! — вырвалось у подростка. — Прошу прощения, высокочтимый, — тут же поправился Жан.
— Меньше слов. А печать?
— Там же, в кожаном футляре, на поясе. Вы же сами туда ложили.
— С вами, мальчишками… Если что, со мной ещё копия. Чуть похуже, но надеюсь сойдёт. И ещё одна у Этьена. Лучше перекланяться, чем недокланяться, — жёстко улыбнулся Раймон. — А теперь самое главное. — Благородный выдержал паузу. — Если снова высунешься вперёд со своим игрушечным арбалетом, то Бертье тебя попросту выпорет. Сразу же, на первом привале, всё лучше, чем везти твоё тело обратно к Великому. А ещё и не довезёшь, в походе всякое может случиться. Как подумаю, что придётся держать ответ перед Шарлем… Дошло?
С этакой усмешкой впору крокодилов гонять, даже Шарль и то испугается. Жан с готовностью закивал.
Отряд миновал сосновое редколесье и выбрался на какое-то подобие дороги, даже обочина местами видна. Давно заброшенная, как украдкой шепнул Бертье, значит можно пожить спокойно. Ненадолго, где-то с четверть часа, затем снова придётся прорубаться сквозь зелёную гущу. И добро бы только через клятую ежевику, бамбучка там тоже хватает! Прорубаться, иначе никак. И ему в очередь с остальными, если у Раймона допросишься. Это Шарлю простительно покапризничать, взрослые и полсловечка не скажут.