Вадим закатил глаза. Ну, неужели сложно попросить? Нет, мы же гордые. Будем терпеть до вечера. Пока кто-нибудь сам не предложит.
«Де-юре я женюсь на совершеннолетней особе, - подумал майор с тоской. - Де-факто на подростке. Зажатом, категоричном подростке. Вот же угораздило влюбиться в малолетку».
И, наверное, только сейчас он понял, как тяжело им будет вначале их общего пути, а может и не только вначале. Она слишком молода, неопытна и наивна. Какой с нее сейчас спрос? Никакого. Поэтому вся ответственность за их брак ляжет именно на его плечи.
Вадим вздохнул и усталым жестом потер подбородок. «Справимся», - в который раз он повторил себе. Альтернативы ведь у них нет.
Когда за Сильвией закрылась дверь, Лелиан начала:
- Я полагаю нам необходимо представить Диану, как юную романтичную особу. Умненькую, добрую, но слегка ограниченную. Без фанатизма, однако...
- И потом мне всю жизнь предстоит играть роль идиотки? - Скривилась Дана. - Не вдохновляет как-то меня эта идея.
- Я же сказала: «Без фанатизма». Мы ведь должны убедить общественность в том, что ты безобидна? Можно, конечно, выставить тебя невинным ребенком. Но это ударит по твоему будущему мужу. Ты же этого не хочешь? Так что быть тебе милой неприспособленной к реальной жизни дурочкой. Не стоит драматизировать. Таких очень и очень. И ничего. Живут.
- Как-то это не вяжется с героическим образом, - насмешливо фыркнул Стас. - Который, кстати, уже зародился в умах многих.
- Можно подумать, - Лелиан скривилась так, будто съела лимон. - Она от большого ума в самый центр полезла. Без обид, Диана. Но это было глупостью с твоей стороны. Пусть и благородной.
Девушка сникла. А Вадим разрывался между двумя противоречивыми желаниями. С одной стороны, хотелось защитить любимую, а с другой - согласиться с подружкой брата. То, что выкинула Дана он никак не мог назвать разумным.
- Так что пару раз пошутим на тему проблем с социальной адаптацией выпускниц закрытых школ и будем активно напирать на то, что за пределами Танийской Академии она бывала крайне редко. И только в сопровождении того красивого мальчика. Как же его звали? Даниила Милина, кажется. И заняты вы били не тайными встречами с агентами Белого Пути, а друг другом. Первая любовь и все такое.
- Дэн встречался с Евой, - насупилась девушка.
- И кто об этом помнит? - Лелиан была неумолима. - Свидетели их отношений уже мертвы, тогда как свидетельства его любви к тебе находятся в открытом доступе. Глупо этим не воспользоваться.
- А тебя не смущает, что я, по идее, все еще должна скорбеть по погибшему возлюбленному? Вместо этого выхожу замуж.
- Нет. Тем и хороша первая влюбленность. За ней всегда следует вторая. К тому же многие женщины тебя поймут. Как можно устоять перед майором Авериным. Это же не мужчина, а ожившая мечта миллионов простушек. Еще молод. Красив. Обаятелен. Богат, что немаловажно. И, конечно его окружает романтический ареол героя военных действий.
- Лел, ты так его расписываешь, что я поневоле начинаю ревновать.
- Стоит ли? Меня подобный типаж не привлекает. И ты должен об этом знать. А я его, кстати, раздражаю. Сильно.
- Ну, что вы! Это не так, - попытался соврать Вадим, но получилось это как-то неубедительно.
- Ну, что я говорила? - Лелиан бросила на Стаса насмешливый взгляд. Тот лишь кивнул в знак согласия. - То мы отвлеклись от первоначальной темы. Нам нужно сделать так, чтобы Диану сначала пожалели. Потом позавидовали. А после начали ею восхищаться. Сказка про Золушку всегда находит отклик у серой массы. Этим тоже будет грех не воспользоваться. Ну, представьте. Девочка - вчерашний подросток. Ее обижают злые люди, которые по идее не псов спускать на беззащитного ребенка должны, а с терроризмом бороться. Они же злостно пренебрегают своими обязанностями и устраивают публичную травлю ни в чем неповинного человека, чудом выжившего в бойне. А ведь она не просто спряталась сама, а еще и маленького мальчика с спасла. Пусть, скорее случайно. Но спасла же. Результат, в данном случае, важнее мотива. А потом эта девочка встретила принца, который готов защитить ее от целого мира. Свадьба. Занавес!
- Мило, - Вадим скептически поглядел на журналистку. - С женщинами, возможно, прокатит. А как нейтрализовать мужчин?
- Это легче легкого. Кто у нас обижает слабых? Садисты. То есть люди с явными психическими нарушениями. Кто же захочет себя таким выставить? Дана, ты же сможешь изобразить на камеру взгляд испуганной лани? Хотя, о чем это я? Ученица Танийской Академии может изобразить все, что угодно. Вас ведь по системе Станиславского обучают. Правда, историю их отношений придется немного подкорректировать. Но все рано никто не поверит, что влюбился он в ее душу. Она слишком красива. Жажда обладания прекрасной жемчужиной, конечно, не так романтична, но проста и понятна. Тем, кто не верит в волшебные сказки о чистой и светлой любви. К тому же он в таком возрасте, что его желание обзавестись семьей вполне понятно.