- Не знаю. Я не стал бы себя убивать, если ты об этом. Но мог бы сломаться. А депрессия вкупе с алкоголем убивает не хуже пистолета. У меня странное отношение к смерти. Знаешь, сколько тех, кем я дорожил, ушли навсегда? Но все они были военными, которые понимали на что идут. А ты не солдат. Так... малолетняя девчонка, до конца не осознающая, что творит. А дети не должны умирать. Довольна моим ответом, милая? - В голосе Вадима звучала ничем неприкрытая горечь и злость.
- Меньше всего мне бы хотелось тебя тянуть за собою в могилу. Я, вообще о тебе тогда не думала.
- Оно и видно.
- Меня никогда не учили нести ответственность за жизни других людей. Только за себя, за свою жизнь и будущее. И, вообще, не рычи на меня!
- Прости. Больше не буду. Но ради чего ты затеяла этот разговор? Любопытство замучило?
- Нет. Совесть. Ох, как же сложно подобрать слова! Вадим, помнишь ты сказал мне, что не хочешь отбирать мои крылья?
- Конечно.
- Ну, так вот, и я не желаю отнимать твои. Любовь должна дарить свободу, а не запирать в клетку страха.
- Это должны были быть мои слова.
- Почему?
- Я - мужчина. Я старше. Сильнее.
- Спорить не буду. Но сейчас именно тебе страшно.
Мужчина встал со своего стула. Сделал несколько шагов в сторону окна. Положил руки на подоконник. Прижался лбом к холодному стеклу. Закрыл глаза. И медленно досчитал до десяти, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце.
- Иди домой, Вадим. Отдохни. И, возможно, завтра утром ты поймешь где заканчивается страх потери и начинается усталость.
- И клетка станет не такой тесной?
- Нет. Просто в ней появится выход. Нам предстоит много времени проводить вдали друг от друга. Если твои слова о том, что я смогу вернуться в балет, не были сладкой ложью.
- Болезненную зависимость нужно давить в самом начале.
- Просто не стоит ей потакать. - Диана виновато улыбнулась.
- Да. Ты права. Что ж... спокойной ночи, любимая.
- Добрых снов.
Городская квартира майора находилась достаточно далеко от клиники и добирался он до нее почти час. Всю дорогу мужчина провел, мечтая о горячей ванне и мягкой кровати. Но стоило ему переступить порог собственного дома, усталость, как рукой сняло. Хотелось что-то сделать чтобы занять руки и голову.
Затеять уборку? Так здесь идеальный порядок. За этим строго следила приходящая дважды в неделю госпожа Фройт.
Сделать комплекс физических упражнений? У него вчера поднялась температура от переутомления. Да и сейчас он чувствует себя не слишком хорошо. Так что это тоже отпадает.
Приготовить ужин? Тоже не самое разумно решение. Только продукты испортит. Сносно у него выходило только разогревать готовые завтраки и жарить яичницу.
Поэтому Вадим вытащил из бара бутылку красного вина и пошел на кухню. Глинтвейн сейчас должен прийтись сейчас как нельзя кстати.
И действительно. После нескольких глотков он успокоился, а по его телу разлилось приятное тепло. Все отошло на задний план. Глаза начали слипаться. Искушение уснуть прямо здесь - за столом стало почти не преодолимым. Но мужчина волевым усилием поднялся со своего стула и зашагал в спальню. Зачем было ехать через полгорода? Чтобы спать сидя?
Майор Аверин проснулся почти в полдень, хотя был жаворонком и всю жизнь поднимался на рассвете. Стоило солнечным лучам осветить его комнату, как сон тотчас же с него слетал. А тут... такое.
Видимо его организм и правда дошел до своего предела. Поэтому он смерил свой порыв помчаться к невесте, наскоро одевшись и перехватив пару бутербродов. Нужно быть благоразумным, а не вести себя, как подросток в период страстной влюбленности.
И чтобы немного развлечь себя за завтраком он решил подсчитать, какая по счету любовь у него сейчас. По всему выходило, что первая. По крайней мере ни одной из своих женщин он так не дорожил.
Романы у него до этого, конечно, были. Первый чуть даже свадьбой не окончился. Спасибо деду - уберег от этакой глупости. И дело было не в том, что он в ту пору еще учился, а Вивьен была на шесть лет старше и дважды побывала замужем. Просто она его не любила и доказала это приняв чек на не слишком-то внушительную сумму. Вадим, когда отошел от потрясения, даже обиделся, что его так дешево оценили. Не на полковника, разумеется. Старик не любил бросать деньги на ветер. Он и тогда делать этого не стал бы, но посчитал, что дешевле заплатив, преподать урок своему наследнику.
Холодный душ. Овсянка с фруктами. Две кружки кофе. И можно идти. По дороге он даже заскочил в небольшую кондитерскую, где купил три коробки шоколадных конфет. А потом заглянул в цветочный магазин, где его минуты за три убедили, что без миниатюрной корзинки с ландышами он появиться в больнице, где лежит его невеста, он просто не имеет права.