- Крестиком вышивать, - насмешливо подсказала девушка.
- И крестиком, и ноликом. Еще из глины лепить можно. И всякие побрякушки из бисера делать. Лишь бы под присмотром были, да меньше по улицам шатались.
- Хорошо. Но этим всем предпочитают заниматься девочки.
- Для парней уже есть проект тренажерного зала. В подвале. Потом покажу. Но ты меня отвлекла. Мы сейчас о чердачном помещении говорит.
- А оно большое?
- Достаточно. Я предполагаю разделить его на зоны, но не знаю: сколько нужно столов, ставить ли балетный станок и как все организовать?
- Ну, допустим, с организацией зоны для тех, кто захочет танцевать, я тебе помочь действительно могу. Но с остальным - увольте. Мы занимались глупостями вроде лепки или рисования лишь в младшей школе. Кстати, почему ты решил озадачить данным вопросом именно меня?
- А кого еще?
- В твоем распоряжении... я не знаю, сколько именно детей. Но хотя бы некоторая их часть способна заняться собственной комнатой отдыха.
- Отличная идея, - весело улыбнулся Вадим. - Организуй всех, готовых войти в инициативную группу. Проект и список всего необходимого жду завтра вечером. Но лучше все же сегодня.
Девушка сначала онемела от такой наглости, а через минуту возмущенно выпалила:
- Сэр, вы не забыли, что я - больше не ваша подчиненная?
- Вирэн, ты мне друг?
- Нет! Вот ни капельки!
- Почему? - мужчина удивленно посмотрел на Диану.
- Помните, чем все закончилось, когда вы задали мне тот же самый вопрос?
- Предложением руки и сердца. Но сейчас-то тебе бояться нечего. Мы уже женаты. Так что давай сойдемся на том, что ты мне все же друг и согласна помочь в трудный час. Люблю тебя. Проект жду завтра.
- Дай нам хоть дня три.
- Всегда знал, что могу на тебя положиться. Все! Я побежал. Встретимся за обедом.
И действительно убежал в сторону жилого корпуса, где сейчас велись работы.
- Как же он меня бесит! - в сердцах воскликнула Дана и топнула ногой. Потом она перевела взгляд на притихших девушек и скомандовала. - Продолжаем. Не отвлекаемся.
- Но господин Аверин же сказал... - попыталась робко возразить Настя.
- Вот закончим с фотосессией и приступим к выполнению скромной просьбы этого тирана. Вы что же... зря красились и косы плели? Никуда от нас этот чердак не денется.
- А наш директор вас часто бесит? - невинно хлопая зелеными глазками спросила малышка-первоклассница.
- Всегда, когда он мною командует.
- И вы теперь его не любите?
- Почему ты так думаешь?
- Ну, он вас бесит, - с видом взрослого умного человека, объясняющему идиоту прописные истины, начала кроха. - Вы сами же сказали.
- Иногда меня раздражают какие-то его слова или действия. Но это нормально. Злиться или обижаться. Я ведь живая. И он тоже - обычный человек, а не идеальная модель супруга. Мы можем ссориться или спорить, продолжая дорожить друг другом.
- Мой папа, когда бил маму, всегда кричал, что она его бесит. А она, что ненавидит его. А вы любите нашего директора потому что он не сильно вас бьет, когда ругается?
И что на это ответить? Дана растеряно огляделась по сторонам. Вот так всегда! Как раздавать невыполнимые поручения, так Вадим всегда первый. Развлеки малышню. Присмотри за старшими. Преврати чердак в комнату отдыха. А то, что она с такими вот искалеченными душами ранее не встречалась даже, кого-то волнует? Диана с ужасом осознала: ее бросили в клетку с львами не в тот день, когда поставили старшиной у первокурсников-Артенийцев, а именно сейчас. С малышней она может провести урок партерной гимнастики или актерского мастерства, но никак не оказывать психологическую помощь. Этому ее не учили. Да только здесь она единственный взрослый человек.
- Малышка, как тебя зовут? - спросила Дана просто для того, чтобы дать себе хотя бы небольшую отсрочку.
- Айше.
- Так вот, Айше, мой муж меня вообще не бьет. Никогда. Потому что это плохо. Неправильно.
- Конечно плохо. Но разве это мешает сильному ударить того, кто не может дать сдачи? Наркотики, вот тоже принимать нельзя. А мои родители пили анитромин.
Дана еще раз огляделась по сторонам в надежде увидеть там, если даже не Вадима, то хоть кого-то взрослого. Но вокруг нее были лишь дети и подростки, с жадным интересом взирающие на нее. И она было уже смирилась со своей незавидной участью, но ее спас Ильдар. Он в лучших традициях рыцарства мягко отстранил девушку от дракона, то есть от Айше и принял удар ее бесцеремонного любопытства на себя.