- Кроха, ты в одну кучу традиционные семьи и свою бывшую не мешай. Судить об отношениях других людей и собственных родителей - не самая лучшая идея.
- Почему?
- Эти ублюдки - пример того, какими мы не должны стать ни при каких обстоятельствах. Они просто не могут жить, соблюдая правила. Вроде бы и понимаю, что такое хорошо, а что плохо, но не способны сдержать себя даже в мелочи. Для них имеет значение только сиюминутные желания и собственное удовольствие. У нормальных людей все по-другому. Понимаешь?
Малышка кивнула и потеряв всякий интерес к беседе умчалась к своим подружкам. А Диана тихо, так что бы услышал только Ильдар сказала:
- Спасибо, - потом подумала с полминуты, и все же добавила. - При детях или женщинах выражаться не рекомендую. Вадим узнает - устроит тебе курс молодого бойца. Будешь бегать и отживаться до потери сознания. Я тебя не запугиваю, а просто предупреждаю. Его так воспитывали. Вы, наверное, привыкли вести себя более... свободно. Но для него такое поведение неприемлемо.
- Разве плохого называть вещи своим именами?
- Не думай, что он - ханжа. Просто внутренний стержень человека составляют не столько его убеждения человека, как ему жить, а представления о том, чего ему делать нельзя. Нельзя обижать слабых. Нельзя мириться с несправедливостью, которую можешь пресечь. Нельзя опускать руки. Нельзя грубить женщинам. И все в этом духе.
- У него ведь много таких "Нельзя"? - спросил юноша, уже зная ответ.
- Да. Но вам он попытается привить лишь некоторую их часть. Только базовые принципы.
Ильдар хмыкнул, жалея, что у него не так много времени осталось прожить в новой Миссии Милосердия святой Елены. Раньше он дни считал до своего выпуска. Теперь же... тоже будет. Только не с радостью, а затаенной грустью.
ГЛАВА 27
Всплеск хозяйственной активности завершился у Вадима примерно через неделю. То есть сделать все, что хотелось у него не получилось. Но Миссия Милосердия святой Елены теперь напоминала вполне приличное учебное заведение. И хотя голые стены без картин и плакатов пока еще навевали на директора некоторую тоску, мужчина твердо решил, что это дело не первостепенное и навести красоту он всегда успеет. А вот с внешним видом воспитанников срочно надо что-то делать. Только тут возникла небольшая проблема. Во что следует одеть мальчишек он примерно представлял. Но среди его подопечных были еще и юные барышни.
В который раз его спасла любимая жена, предложив просто скопировать форму Танийской Академии. С адаптацией под реалии Артена, разумеется. Плотные шерстяные платья, которые когда-то носила сама Дана в этой климатической зоне ассоциировались с орудием пыток. Цветовую гамму так же пришлось немного скорректировать. Поэтому малышей нарядили в светло-кофейные наряды, учениц средних классов - в серо-голубые, а старших - в лиловые.
С едой в вверенном ему учебном заведении Вадим так же разобрался быстро и достаточно легко, начав завтракать, обедать и ужинать вместе со своими ребятами. Поварам было сказано следующее: «Если я хотя бы раз останусь недоволен приготовленным блюдом, вы все будете искать новую работу». Жестко, но, как оказалось, действенно.
И можно было бы сказать, что жизнь в Миссии наладилась. Потолочные панели не отваливались, краны не текли, дети перестали походить на оборванцев и теперь вполне прилично питались. Но выглядели при этом скорее пришибленными, чем довольными жизнью. Даже в глазах Ильдара читалось смятение и неуверенность. Что уж об остальных говорить?
Словно бы всю отпущенную им радость, они растратили во время незапланированных каникул. Вадим списывал это на стресс ввиду слишком резких перемен в их жизнях и надеялся, что со временем они оттают - нужно лишь немного подождать.
Тренажерный зал, был оборудован достаточно скромно - бюджет ведь не резиновый. Однако это не мешало ему пользоваться бешеной популярностью среди старших ребят обоих полов. А вот футбольная и баскетбольная площадки привлекали больше парней. Девочек на них можно было встретить не так уж часто.
А чердак благодаря Диане и ее «инициативной группе» превратился в настоящую рекреационную зону. По стенам вились лианы. На окнах стояли кадки с разлапистыми папоротниками, выкопанными на заднем дворе.
И, главное, почти все там было сделано руками ребят. Причем, преимущественно из того хлама, который оттуда выгребли рабочие. То есть за танцевальную зону отвечали, конечно, профессионалы. Но они лишь установили станок и раскатали половое покрытие. С остальным вполне успешно справились воспитанники Миссии. Мальчишки и девчонки мастерили столы из старых поломанных парт и чинили стулья. Красили, покрывали лаком. Несколько столешниц были выложены мозаикой и накрыты оргстеклом. Шили кресла-мешки, набивая их пенополистиролом, который нашел кто-то из малышей в горе строительного мусора. И даже шторы его ребята сделали сами. Под это дело пошли бусы елочных гирлянд, тоже сломанных, но почему-то не переданных на переработку. Как ни странно, вышло очень красиво. Волшебно, как выразилась Диана.