— Но почему бы нам не добраться до того места первыми? — спросила Консуэла.
Ники имел свои доводы против этого. Он сказал, что в руках Слоана гораздо лучшая карта, чем у него.
— Мы будем следовать за ними по пятам, — объяснил он. — Пусть этот ублюдок на нас поработает, пусть он выведет нас на место, а потом я позабочусь, чтобы все найденное досталось именно нам.
— Мы первыми заявим о своих правах на ту землю, да?
— Конечно, моя голубка, — ответил Ники и велел Консуэле следить за парочкой, чтобы, как только те решат трогаться в путь, разбудить его.
Она просидела всю ночь, вглядываясь за каньон и все больше и больше злясь на Таггарта за то, что он изменял ей с этой рыжеволосой щепкой. И только перспектива возможного быстрого обогащения удерживала Консуэлу от полнейшего отчаяния. Ну и пусть Таггарта Слоана называют медным королем, зато они с Ником будут теперь серебряными магнатами! А какое сравнение может быть у меди с серебром?!
Консуэла представила себе, как важно она выйдет из конторы по оформлению территориальных притязаний с документами в руках. А в это время ее едва не собьют с ног потные и грязные Таггарт со своим рыжим пугалом. Они влетят в контору, а мистер Тиболт им скажет: «Мне очень жаль, но хозяин этой земли уже нашелся, причем, всего несколько минут назад». Консуэла же подождет голубков на улице, чтобы потом помахать полученными документами перед их носами. Вот тогда-то и посмотрим, кому будет весело! Вот тогда-то мы и посмеемся!
Эта, греющая душу, картина стояла перед ее глазами всю ночь и все утро, помогая бороться с дремотой.
Как только проснулся Ник, то сразу же схватился за свою подзорную трубу, и складывал ее уже с очень довольным видом.
— Ты выглядишь счастливым, — заметила Консуэла.
— То же самое я могу сказать и о тебе, mi corazón. Чему ты улыбаешься?
Консуэла расправила юбку.
— Я думаю о том, как здорово будет стать богаче самого Слоана и увидеть после этого его лицо. Теперь можно вставать?
Ник поднялся с места первым и помог встать Консуэле. Это говорило о том, что он, без сомнения, был в хорошем настроении.
— Едем, — сказал Ник. — Сейчас уже можно.
Вытерев платком лоб, Брайди отпила из фляжки немного воды. Возможно, Таг прав, и Серебряный Ангел — не что иное, как одна из сказок убеленного сединами старателя.
Однако, Таггарт был уверен, что они уже добрались до нужного каньона, сравнительно широкого и каменистого, низкие склоны которого растрескались, сохраняя следы горных обвалов.
Этот каньон образовался на месте протекавшей когда-то здесь реки, от которой теперь осталось лишь былое дно, изрезанное такими глубокими впадинами и усыпанное таким количеством камней, что упасть тут было очень легко. И они едва не лишились на этом неровном, каменистом дне своей вьючной лошади.
Решив, что будет все же безопаснее оставить эту лошадь привязанной, молодые люди разделились и принялись обыскивать склоны каньона. Таг удалился от Брайди на довольно значительное расстояние. Она видела его маленькую фигурку, которая спустилась с лошади и раздвигала буйную растительность, росшую у склона каньона. Если там и скрывался вход в рудник, то разглядеть его сразу было не так-то просто.
Таггарт вручил Брайди лопату, чтобы раздвигать ею траву, в которой могли скрываться змеи. Это предостережение не очень-то обрадовало девушку и потому она разглядывала траву впереди себя с такой тщательностью, что Таг успел за это время уйти далеко.
Заткнув фляжку пробкой, Брайди подвесила ее к седлу. Треугольник. Что-либо в форме треугольника. Вот было бы здорово найти большой, ярко очерченный на камне треугольник, от которого исходила бы стрела с надписью: «Копай здесь, Брайди!»
Она перевела взгляд на Тага. Он снова взобрался в седло, но его лошадь продолжала стоять на месте. Создавалось такое впечатление, что всадник пытается встать на седле в полный рост.
Открыв от удивления рот, Брайди наблюдала за тем, как, держась обеими руками за склон каньона, Таг поставил на седло сначала одну ногу, затем другую; и вот он уже стоит.
На миг она усомнилась, все ли у парня в порядке с головой. Но потом поняла, что Таг цепляется за толстый корень какого-то дерева, выступавший под углом из склона каньона, и подтягивается, стараясь взобраться еще выше. Хватаясь руками за все, что попадалось у него на пути, он оказался, наконец, на выступе склона, в футах двадцати от земли.
Брайди махнула ему рукой, в надежде получить от него хоть какие-то объяснения своих действий, но Таг и не взглянул в ее сторону. Его внимание было приковано к дну каньона. Он медленно поворачивал голову из стороны в сторону, пока, наконец, замер на месте. В течение нескольких минут Таггарт пристально во что-то всматривался и потом издал громкий, ликующий крик!
Заметив, что он стал спускаться вниз, Брайди поехала к нему. Она направила лошадь по одному из наименее каменистых углублений дна каньона, и когда оказалась у другой его стороны, Таг уже свисал, держась руками за корень дерева. Но за это время его лошадь отошла в сторону и ему пришлось с такой высоты прыгать. Прыжок оказался не очень удачным, подъехавшая в этот момент Брайди, видела, как Таггарт упал.
— С тобой все в порядке? — испуганно спросила она, слезая с лошади.
— Небольшое сотрясение, — с улыбкой ответил он, поднимаясь с земли и отряхивая брюки.
— Ты ударился головой, да? — спросила девушка, прижав к груди руку.
Таг засмеялся и, обняв, закружил ее.
— Ничуть не бывало! — ответил он взволнованно и не заметил даже, что после того, как быстро чмокнул Брайди в губы, она попыталась вырваться из его объятий. — Мне кажется, я нашел этот треугольник. Давай вернемся к тому месту, где мы привязали вьючную лошадь. Нам могут понадобиться кирка и лампа. И еще я должен взять свои брезентовые рукавицы.
Взяв все необходимое, они поехали вдоль того склона, который прочесывал Брайди. Миновав то место, где ока стояла, наблюдая за Тагом, они сначала спустились, а затем поднялись по каменистому дну каньона, добравшись, наконец, до самой глубокой из его впадин.
— Вот он, — сказал Таггарт и спрыгнул на землю.
Брайди осталась в седле.
— Что именно?
Таг взял в руки кирку.
— Верхний угол треугольника, — объяснил он, махнув рукой в сторону склона каньона. — Отсюда его не видно. И края у него немного растрескались. Эрозия почвы кое-что здесь подпортила, однако, слои осадочной породы, к счастью, не затронуты. Треугольник этот повернут вниз острым концом, упираясь как раз в то место, где почва размыта.
Брайди вздохнула.
— И все-таки ты УДАРИЛСЯ головой.
Таггарт засмеялся и подошел к лошади девушки, держа в одной руке маленькую лампу, а в другой — кирку.
— Что ж, может быть, ты и права.
Он помог Брайди спешиться, после чего, вдвоем, они спустились еще ниже. Прокладывая путь сквозь буйную растительность каньона, Таг объяснял:
— У нас под ногами сейчас настоящая земная трещина. Когда-то здесь было землетрясение. Причем, неслабое.
Он принялся выкорчевывать кустарник у основания склона и, справившись с этим, крикнул:
— Брайди! Подай мне кирку!
Девушка опустилась рядом с ним на колени. Избавившись, наконец, от кустарника, Таг начал убирать оттуда камни.
— Кто-то специально их сюда набросал, — произнес он взволнованно, — в надежде прикрыть ими отверстие.
Откатывая в сторону камень за камнем, Таггарт постепенно освободил верхнюю часть отверстия.
По мере уменьшения количества камней у основания склона, дыра расширялась. Фактически, она поднималась к самому краю каньона. По какой-то причине, трещина в скале образовалась довольно необычная, напоминая собою букву «X». И на фоне этой трещины постепенно вырисовывался перевернутый вверх ногами треугольник, основание которого с каждой минутой становилось все шире и шире.
Таг работал то киркой, то лопатой и довольно скоро расчистил отверстие, вполне достаточное, чтобы в него можно было пролезть.
— А теперь подай мне лампу, — попросил он, протягивая Брайди кирку.
Дрожащими от волнения руками она передала ему лампу и, прикусив губу, стала наблюдать за его действиями.
Вскоре Таггарт скрылся полностью в расчищенном им проходе, и Брайди невольно затаила дыхание. Припав к этой земляной дыре, она беззвучно молилась. А потом раздался приглушенный голос Тага:
— Лезь сюда, дорогая. Здесь есть на что посмотреть.
Брайди быстро перекрестившись и, набрав в легкие побольше воздуха, протиснулась в отверстие.
Дно пещеры резко спускалось вниз и, не сделав десяти шагов, девушка смогла выпрямиться в полный рост. Таг, с лампой в руке, стоял немного поодаль и улыбался.
Она вытерла руки о штаны и огляделась по сторонам, в равной степени ожидая увидеть и горы сверкающего серебра, и вообще ничего.
Однако, что-либо примечательное она здесь не обнаружила. Стены пещеры были шириной в четыре фута и резко сужались книзу. Но главное, стены эти были из обычного камня.
Таггарт сделал знак подойти поближе, поднял лампу и показал Брайди то место на стене, где виднелись коряво нацарапанные буквы: «Э. М.»
Она одними губами назвала имя, но Таг произнес его вслух:
— Эд Макбрайд. Значит, этот рудник здесь, Брайди.
Он опустил лампу ниже и ее свет выхватил из темноты другие инициалы, нацарапанные на камне уже более аккуратно: «М. К.»
Брайди прикоснулась к этим буквам кончиками пальцев.
— Тетушка Мойра, — прошептала она, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться. — Она была здесь, Таг. Была.
Девушка почувствовала на своих плечах его руку, но даже и не подумала ее сбрасывать. Затем она ощутила на своей щеке его теплое дыхание и услышала шепот:
— Давай же посмотрим, что она нашла.
Основание пещеры уходило все глубже и глубже в землю. В одних местах стены ее были достаточно широкими, для того, чтобы там бок о бок могли пройти два человека, в других же, можно было протиснуться только поодиночке, да и то боком. Дно пещеры, как и прежде, под наклоном спускалось вниз. Когда молодые люди прошли, примерно, около полумили, каменистая почва под их ногами неожиданно оборвалась. Они остановились, и Таггарт, подвесив лампу на острие кирки, протянул ее впереди себя на расстояние вытянутой руки, пытаясь подальше осветить путь.
— Что же теперь делать? — ответил он, улыбнувшись.
Бросив кирку в темноту, Таг дождался, когда она с глухим стуком упала на землю, и прыгнул вслед за нею, держа в одной руке лампу, а в другой — руку, до смерти перепуганной, Брайди. Лишившись почвы под ногами, девушка зажмурилась, но они очень быстро приземлились. Однако, руку Тага она не отпускала ни после того, как неожиданно оказалась на земле, ни после того, как он помог ей встать на ноги.
— Боже милостивый! — услышала Брайди его шепот и открыла глаза.
Сводов пещер не было видно. Они находились так высоко, что туда не достигал свет лампы. Неровные, словно недавно выдолбленные из камня стены, создавали такое впечатление, несмотря на возвышающиеся кругом груды камней, что вы очутились в огромном, с отвесными стенами, тоннеле. Дно пещеры было покрыто лужами с какой-то черной густой жидкостью. Трудно было сказать, насколько далеко протягивалась эта пещера, но казалось, что ей не было конца и края.
Сами стены были из какого-то светлого, в прожилках, камня, который тускло блестел при свете лампы. Брайди не отставала ни на шаг от Таггарта, внимательно осматривающего пещеру. Крепко держа его за руку, она спрашивала себя: где же серебро?
Но вдруг Таг выпустил ее руку. Подойдя поближе, он прикоснулся к молочно-белой стене, из которой выбивались на поверхность какие-то черные прожилки. Брайди успела заметить, как задрожали его руки.
— Этого просто не может быть! — прошептал потрясенный Таггарт.
— Но где же серебро? — недоуменно спросила девушка немного громче, чем надо было, отчего слова ее подхватило гулкое эхо.
— Ты на него смотришь. — Таг провел рукой по стене.
— Но оно же черное!
Он передал ей лампу и приподнял кирку.
— Ты когда-нибудь чистила столовое серебро, Брайди? Столовое серебро, которому долгое время не уделяли должного внимания?
Она не смогла, к сожалению, ответить на этот вопрос утвердительно.
— Серебро имеет обыкновение окисляться, моя дорогая. Резцом, конечно, получилось бы лучше, но все равно, смотри… — Он прочертил киркой дугу на стене и черный налет на ней слегка отстал. То же, что оказалось под ним, засияло в свете лампы.
Брайди была потрясена. Серебро. Стена была из чистого серебра.
Таг поднял с земли кусок камня, который только что отколол от стены.
— Это кварц, — объяснил он, показывая на молочно-белый, прозрачный камень. — И его пронизывают серебряные прожилки. — Таг снова поднял лампу. — Взгляни на эту стену, Брайди. Ты видишь, что находится у нее внутри? Видишь эти прожилки?
Да, она видела их. Темные прожилки, тонкие и потолще, прямые и перекрученные, пронизывали молочно-белый камень стены, испещряя его где больше, а где меньше. Те, что находились внутри кварца, казались черными, а другие, располагавшиеся ближе к поверхности и выходящие наружу, сверкали серебром.
— Отойди-ка на минутку в сторону, — попросил Таггарт девушку, после чего несколько раз ударил киркой у основания пещеры, рядом со стеной. Опустившись на колени перед углублением, которое только сделал, он просунул в него руку, и снова посмотрел на Брайди. — Так я и думал. Дно пещеры грязное. За последние десятки или даже сотни тысяч лет осадочные породы почти полностью отсюда вымыло.
Поднявшись на ноги, Таг положил руку на белого цвета стену и провел пальцем в том ее месте, где просачивалась серебряная жила. — Интересно, как глубоко она уходит?
Затем он повернулся к Брайди и взял ее на руки.
— А теперь, я хочу, чтобы ты поцеловала меня, Брайди. Никогда еще меня не целовала такая богатая женщина!