Брайди снова кивнула, не глядя на Таггарта, и попыталась было встать, прошептав хриплым от волнения голосом:
— Не пора ли нам ехать?
Таг заставил ее сесть.
— И последний раз тоже?
Она смотрела мимо него, на лошадей, и чувствовала, как стремительно заливается краской стыда ее заплаканное лицо.
Достав из кармана носовой платок, Таггарт протянул его девушке.
— Так я и думал, — сказал он, подавляя улыбку.
Брайди принялась вытирать глаза.
— Больше вы не испытываете этой боли, — прибавил Таг.
Девушка не могла заставить себя поднять на него глаза. Она шумно высморкалась, совершенно не думая о том, что так не пристало делать леди.
— Это вполне естественно, — продолжал он. — И научно обоснованно. А спорить с природой и наукой мы не в силах.
Брайди украдкой посмотрела на него. Он усмехнулся.
Последний раз вытерев носовым платком нос, она скомкала платок в руке.
— Я вас ненавижу, мистер Слоан, — сказала она тихо.
— Ничего другого я от вас и не ожидал, — сказал он, не переставая усмехаться. И показал на уголок носового платка, торчавшего из кулака девушки. — Это вы тоже можете оставить себе. А еще, можете называть меня просто Тагом. Это вполне оправданно, после всего, что с нами только что случилось.
Ярость вспыхнула в ней с новой силой и даже вытеснила собой недавнее смущение. Сбросив с плеча руку Тага, Брайди села неестественно прямо, словно аршин проглотила.
— Никогда еще я не встречала такого бесцеремонного человека, как вы, мистер Слоан! Вас нельзя назвать настоящим джентльменом! Теперь, когда вы открыли мне свое истинное лицо, я могу сказать, что вы не джентльмен вообще!
Таггарт сдвинул на затылок свою шляпу и улыбнулся.
— Это ставит нас на одну доску.
— Что?
Улыбка Слоана стала более откровенной.
— Дело в том, что, судя по тому, как вы вели себя еще совсем недавно, мисс Бриджет-Брайди Кэллоуэй, вы — не леди.
Она вскочила на ноги, но он снова заставил ее сесть.
— По-моему, — сказал Таг, — до этого мы вели разговор о вашем браслете.
Брайди с трудом удержалась, чтобы не залепить ему пощечину. Но этот жест поставил бы ее еще в более глупое положение, а она и без того чувствовала себя не в своей тарелке.
«Успокойся, Брайди, — велела она себе. — ХОТЬ РАЗ В ЖИЗНИ ЗАКРОЙ НА ЭТО ГЛАЗА. И К ТОМУ ЖЕ, ОН ПРАВ, НЕ ТАК ЛИ? Ты в самом деле вела себя как обыкновенная уличная девчонка».
— Хорошо, — сказала Брайди холодно. — Вернемся к разговору о браслете. Что вы имели в виду, когда сказали, будто мне совсем не обязательно было знать о каньоне того самого Мертвого Осла? — Она старательно выговаривала каждое слово довольно ровным голосом.
Таггарт поднял руку девушки и, прежде чем перевернуть указательным пальцем медальон на браслете, поцеловал ее ладонь.
— Все дело в том, что у вас есть карта, — сказала он.
— Мистер Слоан, прошу вас! — умоляюще произнесла Брайди.
— Таг, — поправил он ее.
— Ну хорошо, ТАГ, — прошипела она сквозь зубы. — Пожалуйста, постарайтесь держать под контролем свои… свои первобытные инстинкты. — Как только с губ девушки сорвались эти слова, ей захотелось умереть. Разве могла она упрекать его после того, как сама позволила ему раздеть себя и прикасаться к каждой частице ее тела. И даже, Боже милостивый, там!
Слоан все так же держал руку девушки в своей и, перебирая брелоки на браслете, явно не обращал на нее никакого внимания.
— Видите? Вот эти маленькие осколки драгоценных камней?
Брайди, охваченной волной возбуждения и гнева, нелегко было сосредоточиться на том, что показывал ей Таггарт.
— Прошу вас, взгляните на осколки камней оборотной стороны медальона.
Брайди посмотрела туда.
— И теперь на такие же осколки серебряных брелоков.
Таг отпустил руку девушки, и она внимательно взглянула на медальон. И вдруг воздела глаза к небесам, забыв обо всем на свете, кроме своего открытия.
— Сетка! — радостно воскликнула Брайди. — Ну конечно! Более глубокие линии служат для обозначения широты и долготы, да?
Таггарт радостно заулыбался.
— Продолжайте, — попросил он.
— А более поверхностные линии… — Она замолчала, раздумывая. — Должно быть, они служат для измерения расстояния. И равняются приблизительно мили. Или полумили. Я точно не знаю. Но если это — маленькая карта, — указала она на медальон, — а брелоки, не что иное, как, бросающиеся в глаза объекты на местности, значит, между осколками красных камней на оборотной стороне медальона и такими же осколками на брелоке с изображением игральных костей, существует какая-то связь. То же самое можно сказать и об осколках камней другого цвета.