— Похоже, вы плохо выспались. Почему бы вам не полежать немного в кровати утром? — спросила Джульет. Было чуть позже одиннадцати утра, и она наткнулась на Рэчел, которая одиноко бродила по саду.
— Да, я не очень хорошо спала, — согласилась Рэчел, потому что трудно было иначе объяснить темные круги, залегшие под ее большими темно-янтарными глазами. — Возможно, я переела. Мне снились плохие сны.
— Найл не советовал вам полежать в постели? — спросила Джульет.
Сделав вид, что изучает цветущий куст, Рэчел отвернулась, чтобы скрыть вспыхнувший на щеках румянец.
— Он ушел, когда я еще спала.
Слышала Джульет или нет, что они говорили на повышенных тонах, и последовавший за этим хлопок дверью? Может, она слышала, как отъехала машина? Не скрывается ли за этим вопросом попытка выяснить, что произошло?
— Вы плохо себя чувствуете? — спросила ее невестка.
— О нет, я никогда не болею. Думаю, что у меня просто несварение.
Джульет зажгла сигарету.
— Извините, я не собиралась вмешиваться в ваши дела, просто бабушка последнее время чувствует себя неважно, ей было бы приятно узнать о том, что скоро появится новый представитель нашего рода.
Рэчел на мгновение застыла. Когда же она поняла, что именно имеет в виду Джульет, то стала пунцовой.
— Лично мне такая перспектива кажется утомительной, — продолжала Джульет, позевывая. — Но я думаю, если вы захотите иметь много детей, то лучше нарожать их побыстрее одного за другим. Затем, походив года три-четыре как бочка, вы сможете, наконец, отдать из в руки хорошей нянюшке и вернуться снова к нормальной жизни. У меня почему-то предчувствие, что Роберт захочет иметь не менее полдюжины детишек. Кажется, я обречена несколько лет кряду ходить в балахонах.
Так как невестка не заметила ее смущения, то Рэчел выдавила из себя смешок.
— Жули, почему вы всегда притворяетесь такой бесчувственной? Я уверена, что вы станете прекрасной матерью.
— Только не я. У меня вызывают раздражение эти маленькие писуны. Их плач действует мне на нервы. В тех редких случаях, когда я брала какого-нибудь младенца на руки, он писал на меня или начинал вопить.
— Надеюсь, что к своим детям вы станете относиться по-иному.
— Нет, хорошая мать получится из вас. Вы наверняка получите удовольствие от возни с ними. Вы даже похорошеете, когда забеременеете. А ваши дети все будут толстощекими херувимами. Я же буду себя чувствовать отвратительно и подурнею. В результате нарожаю каких-нибудь некрасивых, лысых существ. О, что за ужасная перспектива — просто мороз по коже!
— Джульет, все это чепуха, вы преувеличиваете. — Рэчел засмеялась.
— Чепуха? — У них за спинами возник Найл — шаги его были абсолютно бесшумными на мягкой земле. Но глядел он на сестру, а не на Рэчел.
— Твоя жена только что пыталась объяснить, какая отличная мама из меня получится, — сказала Джульет улыбаясь. — Давайте присядем, — Она пошла к садовым стульям, стоявшим под красным пляжным зонтом. — Кстати, я попросила Жозефа принести кофе… Вот и он!
Пока дворецкий расставлял чашки на столике, Рэчел исподтишка смотрела на Найла. Она сумела заснуть лишь в три часа ночи. Но к тому времени он еще не вернулся домой. Однако видимых следов усталости, в отличие от нее, на лице Найла не наблюдалось. На нем были синие морские брюки и пляжная в тон рубашка.
К счастью, Джульет вспомнила, что она сегодня обедает в «Ла Каравель» с Робертом, а до этого у нее еще примерка платья для коктейля.
— Если ты готова, мы можем тоже отправляться, — сказал Найл после того, как его сестра умчалась прочь.
— Отправляться?
— Ты же помнишь — прогулка на «Морской фее». Повар приготовил нам коробку с провизией, и я думаю, что мы поплывем вдоль берега к Серф-Бэю. Мы можем отправиться и дальше, если увидим, что там слишком много лодок и яхт.
— О, я не думала, что ты на самом деле собирался ехать, — сказала она смущенно.
— Отчего же? Я завершил несколько невыполненных заказов, и теперь у меня есть возможность больше времени проводить в твоем обществе.
Дни шли за днями, и Рэчел впервые в жизни начала страдать от скуки. Ей всегда нравилось читать и купаться, но это был отдых, а такой отдых сейчас ей был не нужен. Рэчел тянулась к работе — настоящей тяжелой работе, которая не оставляла бы времени для грустных раздумий и завершалась здоровым крепким сном. Последние две ночи она могла заснуть лишь после того, как, уйдя на пляж, плавала в течение часа.
Но Рэчел знала, что если Найл застигнет ее врасплох, то наверняка запретит ей это занятие.