– Никто из вампиров, да?
Он кивнул и всхлипнул. Хозяин выглядел совершенно безутешным. Даже удивительно - впервые в жизни Пенна видела, чтобы так горевали по обычной служанке. И не самой расторопной к тому же.
– Возможно, Сафена сама вышла из дома, - предположила Пенна.
– Исключено. Сафена - большая трусиха. Она ни
за что не вышла бы из таверны после наступления
ночи. Она всегда боялась темноты.
– Возможно, нашлась вещь, которая помогла ей победить этот ужас, - сказала Пенна, подумав немного.
– Так не бывает, - ответил хозяин. - Превыше всего человек ценит собственную жизнь.
– Вы заблуждаетесь, - возразила Пенна. - Я своими глазами видела людей и… других существ, например троллей… Они обладают гордостью и силой. Для них гордость гораздо важнее желания жить. Смертельно раненные, они сражаются до последнего. По пояс в убийственном тумане, погибающие от чумы, которая пожирает их тела, они все же бьются с порождениями Кары богов, желая забрать с собой в могилу как можно больше недругов…
Теперь уже в глазах девушки блеснули слезы. То были слезы восхищения, и Пенна поскорее отвела взгляд - она не хотела, чтобы хозяин видел, как она расчувствовалась.
– Ну, они же смертельно ранены, и им уже все равно, - рассудил хозяин. - Понятно, что они могут не жалеть себя. Ничего особенного. В этом есть своя логика.
Пенна вздрогнула от неожиданного прилива неприязни к этому человеку. Великие подвиги, самоотверженность, гордость - все, чем она так восхищалась какой-то хеннгальский лавочник одним-единственным словом превратил в нечто несущественное, лишенное ценности. Как все просто, если рассуждать «логически»! Зная, что все равно умрет, раненый бьется до последнего своего вздоха. Что ж тут такого! Ведь его жизнь больше не имеет цены.
Очень логично.
Обывательская логика.
Цедя слова сквозь зубы, Пенна произнесла:
– Ну да. А некоторые существа превыше жизни ценят деньги. Разве не так?
И вдруг с ужасом поняла, что угадала - попала в самую точку. Ну конечно же! Деньги. Вот их слабое место - и хозяина, и служанки. Наверняка некто - или нечто, - желая выманить Сафену на улицу в темный час, предложил ей деньги. Много денег. И служанка не сумела устоять. Поверила. Ведь в хорошее так хочется верить!
– Я попробую найти ее, - сказала Пенна, заранее зная, что эти поиски в любом случае будут обречены на неудачу. Судя по тому, что рассказывала Сафена, в самом лучшем случае Пенна обнаружит труп, обезображенный до неузнаваемости, а в худшем - не отыщет ровным счетом ничего.
Похоже, хозяин думал о том же самом, потому что лишь покачал головой.
– Я бы предпочел, чтобы ты прибралась в таверне, - сказал он. - Тебе нужно отрабатывать свое содержание, а я не могу больше кормить тебя бесплатно.
Не возразив ни словом, Пенна взялась за метлу.
Она едва успела закончить работу, когда таверна стала наполняться народом. Судя по всему, люди пришли сюда в неурочный час. Еда еще не была готова - без Сафены дело шло куда медленнее, а из Пенны плохой помощник, ведь воины, как правило, никудышные кулинары.
Впрочем, гости явились в «Палку и колесо» вовсе не ради трапезы. Они были возбуждены и перепуганы.
Минувшей ночью пропали сразу шесть человек, включая служанку из таверны.
– Раньше тоже такое случалось, чтобы люди исчезали, - говорили за столами, - но ведь не по шестеро сразу!
– Это бывало раз в два-три месяца, - добавляли другие. - И чаще всего касалось тех, кто бродил ночами. Ведь кто пропадал-то?
– Пьяницы.
– Бездельники.
– Нищие.
– Никому не нужные дети.
– Дурные женщины, которым все равно не место в нашем городе.
– Вот именно.
– Вот именно.
Пенна изо всех сил сжимала кулаки, чтобы не взорваться от негодования и не вмешаться в беседу. Наверняка многие из поборников «чистоты нравов» пользовались услугами этих «дурных женщин», а, возможно, иные были отцами «никому не нужных детей»! Однако, когда те становились жертвами нечисти, никто в городке не проявлял особой обеспокоенности.
Другое дело - почтенные граждане. Да, тут и впрямь впору бить тревогу.
Хорошо же, может быть, они правы.
– Желтая Игинуш, - произнес один из пришедших, коренастый крепыш в кожаном фартуке мясника. - Уж не известно ли ей, где нам следует искать недругов?!
Взволнованные люди зашумели, начали переглядываться.
– Это ты умно придумал! - воскликнул бородач со шрамом на щеке - очевидно, в молодости тот еще был драчун, а теперь остепенился. - Кто, как не Игинуш! Эта-то ведьма точно знает больше, чем говорит!