Мужчины уставились на девушку. Она медленно покраснела.
– Вы хотели, чтобы мы высказывались, - объяснила Пенна, опуская голову. Она проклинала себя за то, что вообще раскрыла рот.
– Я хотел, чтобы высказывались мужчины! - резко ответил мясник. - Впрочем, сейчас, похоже, это единственное толковое предложение… Стыдитесь! Его высказала женщина. Трактирная девка, которую держат из милости!
Пенна вспыхнула, но промолчала. Не сейчас. Возможно, позднее. Пока пусть наслаждается своей эфемерной властью над людьми и говорит грубости.
Молодой человек с исцарапанными руками метнул на Пенну быстрый, но очень пристальный взгляд. Девушка поежилась: ощущение, что ее изучают, ей определенно не нравилось.
Галдящая толпа вернулась к таверне «Палка и колесо», решив начать поиски с того места, откуда пустились в свой последний путь пятеро пропавших. Не следовало упускать из виду и то обстоятельство, что служанка также исчезла неподалеку от таверны!
Теперь им казалось очевидным, что с самого начала надлежало обыскать этот квартал. Пенна просто шла рядом с другими. Ни одной мысли не было у нее в голове. Виски ломило, боль пульсировала, то ослабевая и давая мимолетную передышку, то набрасываясь, точно лютый зверь, да так сильно, что дыхание перехватывало.
В глазах у девушки потемнело, и вдруг она ощутила близость ночи. Умом она понимала, что стоит белый день и что она находится на людной улице, однако перед ее взором вставали совершенно иные картины: черная стена, неясная тень, странный золотой блеск на земле…
Пенна наклонилась, и пальцы ее коснулись какого-то прохладного кругляшка. Она машинально подняла предмет и положила на ладонь.
– Что это у тебя? - спросил молодой человек, тот, у которого были исцарапаны руки. Он приблизился к Пенне совершенно бесшумно, так что она вздрогнула от неожиданности, услышав его голос прямо у себя над ухом.
Пенна позволила ему взять кругляшок.
– Золотая монета! Она нашла золотую монету! - раздались вокруг удивленные голоса.
Люди не верили увиденному. Монетка переходила из рук в руки. Мужчины качали головами, цокали языком.
– Невозможно, - сказал наконец мясник, явно выражая общее мнение. - Такие монеты вышли из обращения давным-давно… И как это получилось, что она пролежала здесь столько времени и никто ее не обнаружил? Уж не девка ли трактирная подсунула нам свое дьявольское золото?
Все взоры обратились на Пенну. Она съежилась. Ни одного дружеского лица. Все смотрят на нее с подозрением, как будто она и есть их самый главный враг.
– Я нашла ее! - крикнула Пенна пронзительно. Ее голос, как ей показалось, прозвучал откуда-то издалека. - Я ее подобрала! У меня сроду не было таких денег!
– Наверное, это золото слуа, - высказался молодой человек с исцарапанными руками. - Смотрите.
Он отобрал монетку у мясника, сжал в кулаке, а когда раскрыл - там оказался лишь комочек глины.
– Как ты это проделал? - спросила Пенна - Магия?
Он покачал головой.
– Я… я каменщик, - ответил молодой человек. И быстро поправился: - Точнее, подмастерье каменщика. Я знаю все, что связано с камнями и землей… с недрами земли. С тем, что таится в ее глубинах… - Его голос зазвучал странно, однако он быстро сменил тон и вполне буднично заключил: - Это не золото, это глина. Она лишь приобрела видимость золота - на время. - Он приблизился к Пенне и добавил ей на ухо: - Ты ведь тоже это ощущаешь, правда?
Девушку окатило жаром его дыхания. Она сильно вздрогнула и отшатнулась от парня.
– Что ты имеешь в виду?
– Не делай вид, будто испугалась, - усмехнулся он вполне дружески. - Мы ведь понимаем друг друга, не так ли?
– Нет, я совершенно не понимаю тебя, - прошептала Пенна, не сводя с него глаз, полных ужаса.
– А по-моему, понимаешь, - спокойно отозвался он. - Впрочем, это не имеет значения. Не хочешь быть искренней - не нужно. Всему свое время. Так ведь говорит Игинуш? Все случится в свое время!
Пенна покачала головой и отошла подальше. Ей было не по себе, хотя темнота перед глазами уже рассеялась.
Отряд «мстителей» начал с того, что обыскал всю таверну, от чердака до подвала, однако там никаких следов нечисти не обнаружил. Затем настал черед соседнего дома и дома, что стоял напротив. Они осмотрели домов шесть, а затем один пропустили и заглянули в следующий.
Хозяева охотно пускали их к себе. Некоторые бледнели при виде вооруженных людей, однако ж держались молодцами. Никому не хотелось, чтобы его заподозрили в пособничестве слуа.
– Вы уж их отыщите, а мы поможем уничтожить, - заверяли добрые граждане Хеннгаля.