– Волчья шкура - прекрасная вещь, - сказал Хазред, криво улыбаясь. - Но ведь ты меня понял?
– Да, - сказал Гирсу. - Я не тупой, как ты время от времени утверждаешь, глядя на мои мускулы… Все вы, хилятики, полагаете, что чем крепче троллок, тем меньше места для ума в его голове. Ну так вот, это не так.
– Я никогда не считал тебя глупым, Гирсу, - улыбнулся Хазред. - Поэтому рассказываю тебе все как есть. Без утайки и прикрас.
– То-то же, - пригрозил Гирсу, но глаза его смеялись.
Он снял рыбу с огня, откусил кусочек и расплылся в счастливой улыбке.
– Восхитительно!
И пока он очищал рыбину от костей и раскладывал нежно-розовое мясо на два широких плотных листа, служивших друзьям плошками, Хазред продолжал рассказ:
– Люди бывают нужны духам для той грубой и простой работы, на которую сами духи не способны. Будь иначе - не существовало бы ни жрецов, ни жертвоприношений. Это старое соглашение между людьми и богами, между людьми и духами. Возможно, мой сон… был частью этого соглашения.
Он помолчал, собираясь с духом, и наконец выпалил:
– Гирсу, мы должны опрокинуть обелиск! Гирсу застыл. Потом медленно, очень медленно повернул голову к приятелю. Недоверчивая улыбка появилась на лице воина.
– Ты, разумеется, шутишь. Да?
Хазред молчал.
– Скажи, Хазред, что ты пошутил! - настойчиво повторил Гирсу.
Хазред ответил:
– Нет, Гирсу, это вовсе не было шуткой Я серьезен, как никогда.
– То есть ты действительно намерен опрокинуть обелиск?
– Да.
– Хазред, но ведь это кощунство!
– Я так не думаю. То есть еще вчера эта мысль даже в голову бы мне не пришла, потому что… потому что это действительно кощунство, и непочтение к богам и самоубийственный поступок, не говоря уж о том, что там полно жрецов и нам никто не позволит не то что опрокинуть обелиск, но даже подобраться к нему…
После каждой фразы Гирсу одобрительно кивал.
– Ты сам назвал все причины, по которым мы не станем этого делать. Спасибо, Хазред, избавил меня от необходимости перечислять доводы против подобного поступка.
– И только один-единственный довод «за», - вздохнул Хазред. - Я уверен в подлинности моего видения. Божество разговаривало со мной. Оно ясно выразило свою волю.
– Божество? - недоверчиво осведомился Гирсу.
– Оно… то существо… оно не было похоже ни на что, ни на кого… Ни ты, ни я, никто из нас такого не встречал прежде. И никогда не встретим, я думаю. Оно само сказало о себе: «Я единственное, другого не существует».
– Ну и что? - Гирсу пожал плечами. - Объясни мне, какая связь между неповторимостью этого создания и его требованием, чтобы мы с тобой совершили неслыханный поступок?
Разволновавшись, Гирсу принялся машинально поедать рыбу. Хазред молча следил за ним. Гирсу жевал и жевал, пока наконец не спохватился:
– Перекуси, Хазред, не то я все съем. Ты меня знаешь, когда я увлекаюсь едой, меня почти невозможно остановить.
Хазред невесело усмехнулся и взял свою порцию. Он и вправду нуждался в подкреплении сил.
Некоторое время они трапезничали молча. Потом Хазред сказал:
– Сдается мне, если я поступлю, как мне было приказано в том сне, для нашего народа начнется новая эпоха. Эпоха процветания… Мы станем воистину могущественным племенем.
– Мы? - фыркнул Гирсу. - Хвала Болотному Духу, мы неплохо устроились на нашей земле! Я не уверен, что нам требуется что-то еще. Лично я всем доволен и абсолютно счастлив.
– Туман надвигается, - напомнил Хазред.
–Туман затопил земли архаалитов, потому что они еретики, неугодные богам, они были и оставались чужаками на наших болотах, - отрезал Гирсу. - А теперь, когда они изгнаны, туман скоро успокоится. Недаром его называют Карой богов. Это боги решили покарать архаалитов, ясно?
– Давай предположим на один-единственный миг, что дело не в архаалитах… или не только в них… Или, предположим, боги решили наказать еретиков, а потом вошли во вкус и не остановились только на этом…
– И что?
Гирсу помрачнел. Долгие теологические разговоры всегда утомляли его, а Хазред, похоже, разошелся не на шутку и намерен обсуждать все эти скучные темы до самого заката. Следует запастись терпением. А лучше всего - думать о чем-нибудь увлекательном, делая вид, будто слушаешь. Ну и поддакивать время от времени.
Гирсу так и поступил.
– Туманы несут с собой не только чуму, - рассуждал Хазред. - Вся эта нечисть, которая появляется на погубленных землях…
– Вот именно.
– Она ведь никуда не исчезает, сколько бы ее ни истребляли.
– Точно.
– А жрецы бездействуют, и наши боги молчат. Я постоянно думаю об этом.