— В бой! — отдал я приказ, и бойцы пошли на штурм замка.
Крики и уже привычная брань во время боя сопровождавшая солдат не утихала почти два часа. Когда прекратились крики и звон мечей к нам вышел Эрнесто с докладом, что замок пал.
— Вперед господа, — приказал я Генри и Виктору — пришло время узнать, что же они так отчаянно защищали.
— Что, тут узнавать? Жизни конечно! — как всегда смеялся Генри.
Во дворе замка нас ожидало группа пленных, человек сорок, наши бойцы в это время уже убрали тела убитых защитников на задний двор с целью дальнейшего захоронения. Виктор отправился к лейтенанту для уточнения наших потерь, а мы с Генри и Миллой, взяли двоих гвардейцев и направились осматривать замок. Вопреки моим ожиданиям увидеть роскошный интерьер, золотые подсвечники, картины, мраморные полы и прочую роскошь, меня ждало разочарование, выражавшееся в унылых темных комнатах, где данным давно никто даже не пытался делать хоть какой-то ремонт. В помещениях было холодно, и чувствовалась влага, в гостиной в одном из углов не просто сплетена паутина, она окутывала четверть потолка, изящно прикрывая своим узором незамысловатый рисунок из плесневого грибка. Зрелище, угнетающее и так во всех комнатах, даже рабочий кабинет графа выглядел больше, как кладовка заставленная шкафами, диванами и прочей мебелью, которым и вовсе не место в такой комнате. Поднявшись на второй этаж и просмотрев комнаты, ничего особенного не увидел, все та же убогая серость. Дверь дальней комнаты была приоткрыта, войдя в нее я увидел большую кровать на которой лежало тело — это был граф. Осмотрев труп, я не увидел никаких повреждений, но изо рта покойного стекла и засохла непонятная жидкость, глаза были открыты и вытаращены, стало понятно, что кухарка не соврала и отравила его. Закончив осмотр комнат, мы решили пройти в подвал, сбив навесные замки, зажгли факелы и приступили к осмотру. В ближних к входу помещениях хранился какой-то хлам на подобии ржавых клинков, масляные лампы и даже цепь от подъемного моста. В конце коридора обнаружились две запертых двери, вскрыли первую и обнаружили казну графа, состоявшую из девяти сундуков золота, четыре сундука с серебром и даже сундук меди, но самым интересным стал сундук с украшениями. Приказав солдатам все это погрузить на телеги и отправить в мой замок при сопровождении Виктора и пятидесяти гвардейцев, мы вскрыли вторую дверь и за ней оказался еще один коридор, но здесь на стенах имелись масляные лампы и на удивление они были зажженными.
Пройдя немного в глубь, мы увидели по обе стороны небольшие темные помещения, запертые железными, коваными решетками. Когда Милла и Генри прошли чуть подальше я услышал возглас нашей наемницы.
— Смотрите, Генри! Андрэ! — я подошёл к ребятам поближе и ужаснулся.
— Это что такое? — произнес Генри.
— Ни что, а кто… — прошептала Милла — это же дети! Какие твари это с ними сделали?!
— Тише, Милла, тише — произнес я — Генри, там при входе висит связка каких то ключей, принесите, пожалуйста, попробуем открыть клетки.
— Вот из-за чего они не хотели сдавать замок и готовы были умереть — догадалась Милла — превращать людей в рабов, да еще и детей и тем более торговать ими, это смертна казнь.
— Король все знал и потому не мешал Олафу нападать на нас, скорее всего он получал отчисления, — предположил я — а если учесть, отказ короля помочь мне разобраться с набегами Олафа, то все встает на свои места, ведь ему пришлось бы разбираться в ситуации, а как скрыть, что все знал?…
— Это же все просто омерзительно! — чуть ли не рыча произнес Генри.
Когда мы вскрыли решетки выяснилось, что пленники прикованы при помощи цепей один конец, которых был вбит в стену, а другой соединялся с железным ошейником. После вызволения пленников, в замок из ближайшей деревни был доставлен лекарь, который занялся их осмотром, а также наших раненных воинов.
— Что будете делать с детьми? — поинтересовалась Милла.
— Нужно отыскать их родителей и отправить по домам — ответил Генри.
— Главное чтоб их родители были живы — усомнился я — забрать ребенка у живого родителя, означает оставить ненужного свидетеля.
Осмотрев детей, лекарь сделал неутешительные заключения, они подвергались избиениям, у кого-то даже имелись неправильно сросшиеся кости из-за переломов, а две девочки больше похожие на скелетов использовались, как секс-рабыни, все без исключения были истощены, потому как их морили голодом для достижения послушания. Всего было вызволено одиннадцать детей в возрасте от девяти до четырнадцати лет и самыми старшими как раз и оказались эти две девочки, хотя по здешним меркам это уже девушки, которые в пятнадцать могут выходить замуж, но сути это не меняет. При нашем приближении они, выбиваясь из сил, встали на колени и склонили головы.
— Что все это значит? — поинтересовался я у лекаря находившегося рядом.
— Я так понимаю — ответил тот — что их так заставлял делать граф при его приближении, а иначе следовало наказание.
— Бедняжки — протянула Милла.
— Значит так! Чтоб больше я не видел, как вы стоите на коленях! — прикрикнул Генри — Вы не рабы! Если кто-то обидит вас, просто скажите мне, и я ему бошку откушу! Ясно?
— Ясно — чуть слышно произнесли ребята, которые после такой речи смотрели на Генри как-то, особенно, с недоумением и одновременно смятением.
— Отыщите родителей этих детей в графских деревнях, если таковых не окажется, перевезите ребят в мой замок — распорядился я бойцу, стоявшему рядом — оставьте сорок стражников в замке, а мы утром уедим.
Переночевав в замке, оставив там часть войска для его охраны, и управляющего чтоб следил за порядком, мы вернулись в замок Серебряный Лис.
Глава 8. Разговор с Алистором
По возвращению в замок, жизнь снова казалась мирной и безмятежной, наполненной приятными повседневными мелочами. Спустя пару недель в баронство Рошиль пришло требование от короля Алистора явиться к нему на аудиенцию.
— Вот уж интересно чего он хочет? — протянул я, читая письмо от барона.
— Известное дело, господин — произнесла Милла — вы уничтожили его вассала и как я понимаю уже второго за этот год…
— Думаете, хочет выдвинуть обвинение?
— Вполне возможно.
— Ну, ведь не прятаться от него, завтра и поеду.
— Позвольте и мне с вами? — неуверенным голосом произнесла она.
— Поехали, вместе и дорога веселее.
— А вот я бы на вашем месте подготовился — заговорил Виктор, сидевший и молчавший до этого момента — вам нужно показать королю, что не в его интересах сейчас затевать ссоры с вассалами.
— Какие ваши предложения?
— Думаю, стоит взять с собой в сопровождение охрану, в случае чего сможете уйти в замок, а мы тут организуем оборону.
— Думаете все так серьёзно? Да, и какая охрана, если меня могут арестовать прямо во дворце? Не поможет она.
— Если даже так, то во дворце нет тюрьмы и вас нужно будет туда доставить, вот тут-то вам и пригодится стража — серьезно проговорил Виктор — они смогут отбить вас при перевозке.
— Хм, верно. Ну, что Милла, не передумали ехать? — усмехнулся я.
— Конечно, нет. Поеду с вами и в случае ареста смогу скоординировать операцию по вызволению.
— Это хорошо, тогда отложим поездку на пару дней для подготовки.
Мной было отдано распоряжение вызвать портного, тот прибыл в замок уже через час и начал снимать мерки с ничего непонимающий Миллы, а уже к обеду следующего дня он привез футляр с моим заказом. Вызвав Миллу в кабинет, я протянул ей футляр.